Дым, едкий дым! Горький, как полынь, и душный, как петля на шее. Илья чувствовал, что задыхается - от ужаса, от горя, от тяжести на груди и от едкого дыма.
- Вставай же! - резкий пинок в бок вырвал его из кошмара. - Быстро!
В спальне ощутимо пахло дымом, но не настолько, чтобы от него задыхаться. Илья открыл глаза и увидел белый сарафан-саван.
- Быстрей! - Мара снова пнула его в бок.
- Что случилось? - Илья сел на кровати, еще не вполне понимая, что было кошмаром, а что происходит наяву.
- Выходите на улицу, быстро. И ничего не бойтесь.
Свет, в окне показался оранжевый свет и снова исчез - сполох пламени? Илья прижался лбом к стеклу и увидел внизу огонь - еще робкий, но уж набиравший силу. Избушка горела, горела вдоль всей стены, которую он мог разглядеть!
- Ничего не бойтесь, - спокойно сказала Мара.
- Да это же пожар!
- Это пожар, здесь сейчас будет очень дымно, выходите на улицу.
Илья вскочил, вытащил из кровати спящего Сережку вместе с одеялом и пнул ногой Мишкину кровать:
- Мишаня! Поднимайся быстро, мы горим!
Мишка сел на кровати и огляделся.
- Как горим?
- А вот так! Быстро выходим на улицу!
Сережка проснулся и что-то невнятно пробурчал.
- А вещи? Надо вещи выносить!
- К черту вещи, надо огонь тушить, - прорычал Илья, пытаясь отодвинуть засов. - Горит несильно пока, мы должны успеть.
- Папка, да поставь меня, я уже проснулся!
Илья распахнул дверь ногой и вынес ребенка на крыльцо - ступени не горели, пока можно было выйти свободно. А он как раз боялся, что с выходом придется туго.
Избушка горела по всему периметру, нижние венцы, служившие фундаментом, занялись основательно. Илья поставил Сережку на землю и кинулся к душевой кабине. Мишка подбежал вслед за ним.
- Не достанем до шланга, надо табуретку подставить! - крикнул он, но Илья дернул шланг двумя руками и почувствовал, что тот подается. Он дернул еще раз, пытаясь повиснуть на нем всей тяжестью, и повалился на колени, когда шланг вырвался из бочки.
- Насос включай, - крикнул он Мишке и потянул шланг к избушке.
Мишка не растерялся, насос заревел, и через несколько секунд упругая струя хлестнула вперед.
Бревна зашипели, клубы дыма, смешанного с паром, повалили вверх и в стороны.
- Сколько времени он протянет, как думаешь? - спросил Илья.
- Не знаю, минут десять максимум, - ответил Мишка, - я ни разу больше бочки не набирал.
- Черт, не хватит, - проворчал Илья, - и до задней стенки не дотянется.
Едва он отводил шланг в сторону, на том месте, где только что шипела вода, вновь поднималось пламя.
- Мишка, держи, туши эту стену, я ведрами ту сторону буду поливать! - Илья сунул Мишке в руки шланг. - Сережка, вылезай из одеяла, будешь воду набирать!
Сережка из одеяла давно вылез сам и только и ждал команды, чтобы начать что-то делать.
В бочке душа было не меньше двадцати ведер, а еще под крышей стояла старая ванна, полная дождевой воды, - но этого все равно не хватало!
Илья подхватил два ведра, стоявшие под крыльцом, и одно отдал Сережке:
- Набирай воду в душе и носи мне.
Сам он зачерпнул ведро из ванны и выплеснул его на заднюю стену избушки - там горели два нижних венца. Огонь зашипел, выбросил огромный клуб дыма, облизнулся и полыхнул снова, будто этого ведра и не было. Илья закашлялся, набрал еще воды и вылил на то же место - на этот раз результат появился. Сережка подтащил ведро, а Илья отдал ему пустое.
Струя воды в душе лила несильно, Илья успевал добежать до Сережки и отдать пустое ведро, а иногда прихватывал и воду из ванны. Огонь сдавался неохотно, но все же сдавался! Удалось погасить половину задней стены, когда Сережка сообщил, что в бочке вода кончилась.
- Из ванны носи, - крикнул Илья, кашляя все сильней и вытирая слезы - дым ел глаза.
В эту секунду зачавкал насос, и Мишка крикнул:
- Все, кончилась вода! Кто-нибудь, выключите насос побыстрей, сгорит же!
- Сам выключай, - крикнул Илья - Сережка подтащил следующее ведро.
Отчаянье, которое он с таким трудом удерживал в себе, поднималось в груди. Нет, не потушить! Не потушить!
- Оставь воды в ванне, - крикнул он Сережке.
- Да там всего ничего осталось, - ответил тот, подавая ему новую порцию воды, - ведра два, не больше!
Илья выплеснул ведро на стену и подбежал к крыльцу. Мишке удалось потушить почти всю переднюю стену, боковые же стены горели, и огонь поднимался до самых окон. Если вспыхнет крыша, избушку будет не спасти. Илья сгреб одеяло, в котором вынес на улицу Сережку, и кинул его в ванну. Нижние венцы самые толстые и сырые, а верхние еще не горят, огонь только облизывает их снаружи.