— Я люблю всех девчонок Кросби.
— Я знаю. — Деймьен посмотрел на Джека. — И они тоже любят тебя. В их глазах ты настоящий святой. Ты всегда был рядом, когда им было плохо. — Деймьен потянулся и дружески похлопал Джека по плечу. — Знаешь старую пословицу: мужчина ловит женщину в свои сети прежде, чем она заарканит его?
— Ну, конечно, — ответил Джек, смущенный переменой темы разговора.
— Как думаешь — может сработать наоборот?
— Сработать?
Деймьен встал перед Джеком и вытянул руку ладонью вверх.
— Давай представим, что это рука Люси, — Деймьен коснулся своей ладони. — Ты прямо здесь. У нее в руке. — Он взмахнул рукой. — Так как же бедная девочка поймет, что ты нужен ей, если ты и так уже принадлежишь ей?
Джек с сомнением посмотрел на Деймьена.
— Зачем ты говоришь мне все это?
Деймьен хитро улыбнулся.
— Ну, скажем, я хочу, чтобы ваша история с помолвкой завершилась успешно.
Джек отвел взгляд и пробурчал:
— В таком случае придется очень постараться. Люси видит во мне только друга.
— Доверься мне, Джек. Ты играй свою роль, и Люси пусть играет свою. Она не сможет устоять. — Озадаченный словами Деймьена, Джек повернулся к нему. А тот весело продолжил: — По рукам?
— Я не понимаю, о чем мы условились, но все равно согласен, — Джек пожал протянутую руку.
Деймьен подмигнул ему.
— Любой мужчина, который в тридцать три сколотил состояние, достаточно умен, чтобы разобраться во всем. — И с этими словами ушел в дом.
Их разговор длился целых тридцать минут. Когда Джек ехал на машине в Брэнсон, на его лице светилась довольная улыбка…
Люси сбежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Она только что играла с племянницами, а это всегда придавало ей заряд бодрости на целый день. Она влетела в гостиную, которая раньше была спальней Хелен. Теперь в ней жил Джек.
Люси удивилась, увидев, что он уже разложил диван и сидит на постели, раздетый до пояса. Перед ним лежала кипа деловых бумаг.
Она медленно оглядела его мощную грудь, которая казалась бронзовой при свете лампы. Как же он красив, подумала Люси, но вслух произнесла:
— Тебе не холодно? — Она кашлянула. С чего это голос так предательски дрожит?
Джек взглянул на нее поверх своих бумаг.
— Я теплокровный. — Он усмехнулся и спросил: — Как малышки?
Она рассмеялась и присела на краешек постели.
— Ты говоришь о Малышке Элайзе Номер Один и Малышке Элайзе Номер Два? О, они в полном порядке.
Джек отложил свою работу.
— Значит, их обеих назвали в честь Элайзы?
— Нет, просто Элайза заявила, что раз Хелен и Деймьен не говорят, кого именно они назовут в ее честь, то она забирает их обеих. — Люси дотронулась до ноги Джека. — Сегодня Хелен дала им имена — Сони и Шер. Элайза будет в ярости.
Джек расхохотался, а Люси с нежностью посмотрела на него. Какой красивый рот — твердо очерченный, но добрый. А глаза! Неотразимые — в обрамлении длинных ресниц…
— Стэдлер и Сарина, наверное, уже вернулись из Брэнсона?
Люси глубоко вздохнула и кивнула головой.
— Да. Именно поэтому я и пришла сюда. — Она пожала плечами. — Ты ведь помнишь об уговоре? Мы спим вместе.
Его улыбка немного потускнела.
— Конечно.
Люси перевела взгляд на разбросанные бумаги.
— Что ты делаешь?
— Просматриваю, какая недвижимость продается в Брэнсоне.
— Не хочешь поиграть в карты, когда со всем закончишь?
Он улыбнулся и покачал головой.
— Сегодня совсем нет времени. Мне надо сделать кое-что. А потом еще разобраться с бумагами из ресторана. Ты же понимаешь.
Люси огорчил его отказ, но она все понимала.
— Да, конечно.
Джек взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза.
— Ты выглядишь уставшей, Люси. А ну-ка высунь язык.
Она повиновалась.
Джек нахмурился.
— Так я и думал. Обложенный.
Люси высвободилась из его рук и, перегнувшись через его ноги, потянулась к зеркалу, которое висело над диваном. Высунув язык, поизучала его. Потом, сдвинув брови, произнесла:
— Мой язык абсолютно нормальный. И я себя хорошо чувствую.
Джек склонил голову набок, как если бы оценивал ее состояние.
— А ты уверена, что хорошо? Ты выглядишь совершенно измотанной.
Она плюхнулась на постель рядом с ним.
— Это явно не комплимент.
Губы Джека дернулись, и он отвернулся к своим бумагам.
— Я не думал, что ты хочешь услышать от меня комплимент. — Он поднял какой-то лист и принялся внимательно читать его.