— Ты ее не знаешь. С ней невозможно спокойно общаться! — восклицаю, вспомнив последний случай.
— Давид, вот опять всполошился, значит, не равнодушен к ней.
— П-ф-ф, — фыркаю. Если подразумевать под этим то, что я ее хочу до скрежета зубов, тогда засчитываем.
— Я всегда тебя прошу: будь сдержаннее, не руби сгоряча.
— Я помню, — с большой неохотой признаю правоту. Часто ее совет помогает, почему же сейчас я не смог?
В этот момент возвращается папа. Мама предусмотрительно не продолжает прерванный разговор. Мы весело болтаем втроем. Они вдруг что-то вспоминают из прошлого и смеются, а я рассматриваю их с каким-то щемящим чувством в груди: ничто не вечно, вот и мои как-то незаметно стареют.
Очень быстро наступает ночь, и я поднимаюсь на второй этаж в свою комнату. Мамуля уже застелила кровать, как делала всегда, сколько бы мне не было лет. Сажусь за компьютерный стол и кручусь на кресле. Когда родители купили этот дом, ремонтом занимался в основном папа. Мама лишь выбрала кухонный гарнитур, чтобы он был удобен именно ей, и попросила везде светлые обои, чтобы помещения казались просторнее. Моя комната не стала исключением, поэтому сейчас рассматриваю пересекающиеся квадраты на нейтральных серых стенах. Зато мебель и аксессуары в бирюзовых оттенках различной интенсивности. На столе несколько рамок, есть фотографии со школьными и университетскими друзьями. С кем-то мы уже не общаемся, с некоторыми иногда переписываемся в социальных сетях. На одном из снимков я с родителями на вручении дипломов. Они оба темные, поэтому окружающим всегда было сложно судить, на кого я больше похож. Некоторые утверждают, что формой глаз и острым носом на маму, нижней частью лица — на папу.
Может, завтра с кем-нибудь встретиться? Возникает шальная мысль наведаться к Керимовым. Интересно же посмотреть на пузатую Кристину.
Следующее утро провожу с мамой, помогаю собирать яблоки и обсуждаю всякую ерунду.
— Мамуль, можешь позвонить Кристине и напроситься вечером в гости?
— Хочешь сюрприз сделать? — хитро подмигивает.
— Откуда ты все знаешь? — смеюсь. Мой коварный план зайти издалека сразу же провален.
— Ты же не можешь, как все нормальные люди, обязательно надо как-нибудь иначе, — она тоже улыбается, и, опустив в корзину несколько плодов, останавливается.
— Устала? Давай я сам здесь закончу. Иди, отдыхай.
— Хорошо. Сегодня наварю компота и пирог испеку. Возьмешь его с собой.
— Ну ма-а-ам.
— Ничего не знаю, пошла договариваться.
Собрав последние яблоки с верхних веток, отношу короб на кухню.
— Готовься, Кристина ждет тебя а-ля «меня» в пять часов. Я как раз успею.
До назначенного времени таскаюсь за мамой хвостиком и заряжаюсь ее энергетикой впрок. Потом вызываю такси и еду к Керимовым. Я еще ни разу не был у них в новой квартире, вот и полюбопытствую. Крис открывает дверь и замирает. Как же я соскучился по этой девочке. Взгляд опускается на заметно выпирающий животик, который обтягивают шорты с футболкой, и что-то мне подсказывает, что это Влада. Наконец, она отмирает и бросается обниматься:
— Давид! Ты откуда?! — удивленно восклицает.
— Фром Питер виз лов. Родителей приехал навестить на пару дней, — стараюсь сильно не прижиматься и не придавить будущего человечка.
— Я соскучилась, — продолжает висеть.
— А так и не скажешь.
Мы проходим внутрь.
— Показывай хоромы. Я ж еще не видел, — отдаю контейнер: — Мама передала.
— Ой, Аделина Евгеньевна меня все балует. Пойдем, — она относит пирог. — Тут понятно — кухня.
В ней можно приемы устраивать, такая огромная. Уже вижу, в духовке что-то готовится, на столе расставлены приборы на две персоны. Девушка отправляет мыть руки и только потом дальше.
— Тут наша спальня, — она открывает следующую дверь. Очень даже уютно и ничего лишнего. — Рядом кабинет Влада.
— А сам-то где твой муж?
— Мотается по делам, сказал его не ждать, — беспечно машет рукой и тут же меняется в лице: — Мне кажется, я его задолбала, поэтому стараюсь лишний раз не трогать. В детские магазины стала ездить с Феечкой или с Дашкой.
Напоследок заглядываем в будущую детскую. Тут все встает на свои места. Я никогда не видел такое скопление малышкового в одном месте: ванночка, кроватка, белый шкафчик для одежды, пеленальный столик, коляска, люлька в машину.
— После родов, кроватку к себе поставим.
— Кстати, когда срок? — отвлекаюсь от созерцания приданного.
— В конце октября, — Крис суетится и что-то бесконечно поправляет, будто пытаясь скрыть истинные эмоции.