— Признайся честно, ты сегодня волшебница, которая исполняет желания? — прикрываю веки от удовольствия.
— Угу, и, кажется, у тебя осталось лишь одно из трех.
— Можно его загадать?
— Ну попробуй.
— Расскажи про удушение. Почему это табу? Как я понял, многие практики для тебя не проблема.
На секунду она замирает, и я жалею о вопросе, снова все испортил.
— Когда-то давно один парень чуть не убил меня во время секса, — ее голос звучит очень тихо и нерешительно. Она продолжает стоять за моей спиной. — Меня рано начала привлекать вся эта тема, правда, тогда не было столько доступной информации в общем доступе, а в закрытые сообщества малолетке не попасть. Я собирала по крупицам, что-то интуитивно додумывала. Удушение было любимой практикой, — она горестно хмыкает. — Наши контакты состояли только из секса, он уже изучил меня и делал все как надо. Но в один день сорвался. Когда он с безумным видом сжимал мое горло, думала, что умру. Каким-то чудом он остановился и отпустил меня.
Она замолкает, и я не решаюсь что-то сказать, да и не нахожу слов.
— Потом я узнала, что у него умер друг от передоза буквально на его руках. Он просто сломался, после случая со мной творил всякую дичь и уничтожал себя.
— Лика, ты заявила в ментовку? — все же спрашиваю, не в силах понять масштаб этого ужаса.
— Нет, — она возвращается на свое место, и я вижу слезы в глазах.
— Потому что любила? — другой причины я не могу найти.
— Исключительно как друга. Я его понимала, до того момента, — она избегает контакта, старательно изучая рисунок на столе.
— Что с ним сейчас?
— У него все хорошо, женился. И я искренне рада, что он вытащил себя из ада. Знаешь, я не держу на него зла, это немного другое, боль. Может, когда-нибудь я отпущу и ее. — Лика резко вскакивает. — Где у вас уборная?
— Выйдешь из кабинета, и четвертая дверь слева, — не узнаю свой севший голос.
— Спасибо, — она сбегает.
Самая сильная девочка, которую я знаю, сбегает от своих чувств. Я даже не могу представить себе, что она тогда пережила, как справлялась. С таким не придешь к родителям или друзьям.
По возвращению она старается делать вид, что все в порядке, хотя это далеко не так. Поникшее состояние и дерганые движения красноречивее любых слов.
— Поехали, отвезу тебя домой, — крепко обнимаю ее, пытаясь зарядить своим теплом.
— А как же работа?
— Завтра пораньше утром отправлю. Вряд ли ночью кто-то запустит производство или помчится по инстанциям.
Она хихикает, уткнувшись носом в мою футболку.
— Тогда ладно.
Глава 9
В воскресенье с утра пораньше еду в офис, чтобы отправить все документы. Дороги относительно пусты. После дождя ощущается приятная прохлада, врывающаяся в открытое окно. Естественно, на нашем этаже тихо, никто не мешает, поэтому быстро расправляюсь с делами и почему-то остаюсь на месте. Сверлю взглядом одинокое кресло, в котором вчера сидела Лика. Ее рассказ оставил тяжелый осадок. Она ведь могла умереть, и я бы никогда не узнал эту яркую, интересную девушку. Едкая мысль периодически всплывает в голове и… расстраивает меня. Хочется поддержать Лику и поднять настроение, поэтому заказываю на ее адрес коробочку с цветами и макаронс. Надеюсь, она такое любит. Через два часа, уже дома, приходит смс: «спасибо». Одно простое слово уже вызывает улыбку.
После Лика пропадает на какое-то время. Я думал, что тот разговор нас сблизит, но вышло с точностью наоборот. Позвонив спустя неделю, она делает вид, что ничего не было, и интересуется работой:
— Привет, Давид. Ты успел отправить?
— Привет. Да. Ты как?
Я искренне пытаюсь узнать о ее самочувствии, но она переводит тему:
— Какую сессию следующую проведем?
— Лика, не закрывайся от меня. Давай поговорим сначала. — Как же с ней бывает сложно. Любое неосторожное слово или действие откатывает нас назад. Я не могу понять, почему это происходит.
— Со мной все в порядке.
— А мне кажется, что нет, — упрямо гну свое.
— Я не знаю, почему тогда рассказала тебе, — она раздражается и повышает тон. — Я вообще не планировала ни с кем делиться! Теперь стыдно.
— Не надо стыдиться.
— Пожалуйста, давай не будем поднимать эту тему? — тяжело вздыхает.
— Хорошо, — решаю пока отпустить ситуацию. — Ты, правда, хочешь продолжить?
— Да, — спокойный голос, будто ничего не произошло, режет слух.
— Я что-нибудь придумаю, — выключаю рабочий компьютер и собираюсь уходить. Мои все уже разбежались, я опять задержался допоздна.
— Давид, у тебя же был сценарий?
— Нет на него настроения, — устало хмыкаю и запираю кабинет. Пустой и темный коридор нагоняет тоску и одиночество.