Простая фраза вмиг разряжает обстановку, и я не могу сдержать смех. Между тем Давид облизывается и продолжает изучать меня. Я постаралась на славу: прямые волосы собрала в высокий хвост, глаза густо подвела черным карандашом в своей излюбленной манере. Одевать что-то кроме того самого комплекта я не стала, не увидела смысла.
— Милая, я в восхищении, — разводит руками.
Ко мне возвращается привычное ощущение превосходства и уверенности, теперь все в порядке.
— Пойдем в комнату?
— Угу, — Давид торопливо снимает верхнюю одежду, не сводя с меня глаз, в которых вспыхивает острое желание.
— Кстати, что ты принес? — иду перед ним, соблазнительно виляя бедрами.
— Скоро покажу. Лика, я боюсь кончить еще до того, как окажусь в тебе.
— Не наговаривай на себя, — цокаю.
В этот раз я не стала специально готовить вторую комнату, поэтому привожу Давида в спальню. Он приближается вплотную и медленно целует. Так сладко умеет только он. С каждой минутой я растворяюсь и забываюсь в его крепких объятиях. Давид не торопится, его руки прилежно остаются на моей талии. Кажется несправедливым большое количество одежды на нем, поэтому без угрызений совести снимаю с идеального торса свитер, расстегиваю джинсы и запускаю руку в трусы.
— Лика, ты торопишься. Остановись, — стонет в мой рот и отстраняется. — Я хочу сделать все правильно, понимаешь?
— А что в твоем понимании «правильно»? — склоняю голову на бок в ожидании ответа. Я успела возбудиться, и затвердевшие соски требуют ласки.
— Это когда оба партнера получают удовольствие.
Давид-Давид, несколько парней обещали мне наслаждение, и ни один не исполнил свои слова. На восемьдесят процентов уверена, что и сегодня будет также.
— Расслабься, я все сделаю сам.
Давид спускает лямки с плеч, позволяя ткани сползти с груди. Будто услышав мои мысли, его грубые пальцы обводят ореолы, пощипывают и растирают розовые вершины.
— Знаешь, я купил насадки-присоски на соски. Попробуем их в следующий раз.
Удивленно приподнимаю брови, я даже не слышала о таких приспособлениях.
Так и не избавившись полностью от бюстгальтера, он продолжает гладить мое тело, чуть щекочет живот, игриво оттягивает резинку трусиков и возвращает на место. От собственного нетерпения закусывает губы.
— Повернись спиной, — низкий, чарующий голос проникает в плавящееся сознание и вызывает дрожь.
Резкий щелчок застежки и верхняя часть белья летит на пол. Давид прислоняется сзади и гладит промежность через ткань.
— Мокрая, возбужденная, — шепчет на ухо. — Моя.
— Да, — прикрываю глаза.
Он трется стояком о мои ягодицы, а после запускает руку между ними:
— Оу, даже так? Лика, а ты проказница.
Он чуть шевелит наконечник пробки, что незамедлительно ощущается внутри. Привыкнуть к инородному предмету в анусе я успела, а вот к тому, что он будет шевелиться — нет. Пока не могу оценить свои впечатления.
— Ну ладно, тогда перейдем к следующему этапу, — Давид снимает мои трусики и командует: — Ложись на спину и разведи широко ноги.
Дальше он делает то, что умеет в совершенстве: вылизывает клитор, в считанные минуты доводя до оргазма. Я задыхаюсь от удовольствия и не сразу возвращаюсь в реальность под его пристальным взглядом. Сладко потягиваюсь и щурюсь.
— Я хочу, чтобы ты знала обо всех моих действиях и не боялась. Сейчас я вставлю вибромассажер в твое влагалище. Он будет также стимулировать и клитор.
Продолговатый предмет оказывается во мне, а вторая его часть между половых губ.
— Не доставляет дискомфорт? — Давид очень сосредоточен и серьезен. Таким я видела его только на работе.
— Нет.
— Отлично. Милая, перевернись и подогни колени.
Сразу после этого, он просовывает подушку под моим животом.
— Теперь постарайся расслабиться.
— Угу, — отвечаю чисто машинально, запоздало понимая, что он сказал.
Мне ничего не видно, ориентируюсь лишь по ощущениям: медленно пробка покидает мое тело. Следом раздается щелчок открывающегося тюбика, и вязкая прохладная жидкость капает между ягодиц. Давид обильно смазывает вход, немного просовывая палец. Он действительно не торопится и мне это нравится. Я успеваю осмыслить каждое действие. Следующая порция смазки сопровождается легким массажем, который расслабляет мышцы. Постепенно Давид вставляет два пальца и дает привыкнуть. Я начинаю испытывать дискомфорт, и словно чувствуя это, он включает вибрацию на минимум. Все мое внимание переключается на прибор, зарождающий вторую волну удовольствия. Тем временем Давид начинает раздвигать пальцы и растягивать меня. Медленно, основательно. Я теряюсь и не понимаю, на что реагировать в первую очередь. Возбуждение крепко переплетается с дискомфортом, граничащим с болью.