— Согласен. Я проголодался, а ты?
— Тоже. Мы же не попробовали твой тортик, — произносит укоризненно с нажимом.
— Я куплю тебе другой, еще вкуснее, — целую в щеку.
Подзываю официанта и заказываю нам горячее с салатом. Мы успеваем поесть, когда начинается следующий номер. Я так понимаю, что на это и сделан расчет. Посетители и представление посмотрели и денег просадили дополнительно.
Следующими на сцену выходят баварские пастухи и пастушки. В женских сарафанах отсутствуют белые вставки, которые должны прикрывать грудь. Во время танца сначала мужчины срывают с девушек юбки, под которыми ничего нет, а затем — с себя шорты. По залу прокатывается оживленный шепот. Второе представление гораздо смелее первого. Надеюсь, в третьем нам не покажут непосредственно соитие. Провожают артистов еще громче.
Поворачиваюсь к Лике и замечаю, что ее щеки чуть покраснели.
— Тебя смущают чужие члены? — произношу не в силах промолчать.
— Немножко. А есть что-то, что может смутить тебя?
— М-м-м, да многое. Я отворачиваюсь, когда парочки целуются по-настоящему или ругаются. Я считаю, что это должно быть без посторонних глаз.
— Понятно.
— Ты — нет?
— Не-а, мне нравится смотреть на романтику в парах, — мечтательно закатывает глаза. — Они такие милые, держатся за руки, много времени проводят вместе.
Беру эту информацию на заметку, в будущем пригодится. Пока размышляю над брошенными невзначай Ликой фразами, выходят трое подтянутых, мускулистых мужчин в шотландских юбках, гольфах и с голым торсом. Они затягивают медленную мелодию на волынках. Надо же как заморочились организаторы, что артисты выполняют это все сами. Затем появляются девушки в черных прозрачных боди и выстраиваются клином. Под ритмичную музыку они начинают отбивать чечетку. Постепенно рисунок танца меняется, и в него встраиваются те мужчины. Они двигаются идеально, каждый шаг выверен до миллиметра. С уверенностью можно подытожить: шоу подготовлено на высшем уровне, а открытые части тела являются лишь дополнением.
Довольные покидаем заведение. Я еще и потому что кухня здесь вкусная.
— Поехали, сладкоежка, в круглосуточную кондитерскую с обалденными десертами. Можно теперь я тебя украду?
— Попробуй, — она качает головой и садится в машину.
Сразу включаю печку на максимум, чтобы мы согрелись после резкой смены уличной температуры. Кафе находится по пути и встречает яркой вывеской. Лика прилипает к витринам и теряется в выборе. В итоге покупаем несколько видом пирожных: меренговое, корзиночки и трайфлы.
Дома, наконец, расслабляюсь. Переодевшись сам, даю Лике белую футболку. Как нашкодившие дети пробираемся на кухню, чтобы попить ночью чай с калорийным десертом.
— Так что ты хотела сделать в офисе?
— Отсосать тебе, — произносит обыденно, а я давлюсь кремом.
— Все, шанс упущен? Или я еще могу получить свой подарок? — интересуюсь сразу, как прихожу в себя.
— Посмотрим, сейчас меня гораздо сильнее интересует содержание тарелочки.
Теперь мой черед дуться, на что Лика подвигается ближе и шутливо гладит по голове:
— Ну не расстраивайся, малыш. Завтра, прежде чем уехать, я разбужу тебя минетом. Идет?
— Договорились, — выпаливаю, пока она не передумала. — Но я сам отвезу тебя домой перед работой.
— Не стоит. Это же придется очень рано вставать, а ты еще тот соня.
— Даже не обсуждается, я сам, никаких такси.
Утро и правда начинается с влажных губ на моем члене. Лика вытворяет такое языком, что я улетаю за считанные минуты. Совместный душ бодрит и одновременно возбуждает, поэтому там же нагибаю ее и трахаю. Удовлетворенная девушка быстро накрывает завтрак и прижимается ко мне за столом.
— Ради такого я готов просыпаться ни свет ни заря, — с жадностью надкусываю бутерброд.
— Я тоже. Кстати, на субботнюю ночь ничего не планируй. Вчера были не все подарки.
— Лика, ты меня балуешь. Решила поздравить на несколько лет вперед? — приобнимаю. — Так на следующий год ничего не останется.
— Мы же не знаем, что будет потом, так что… — она не договаривает и почему-то становится грустной. — Я пойду собираться, — сбегает, не дав возможности разобраться в ее состоянии.
Еще вчера казалось, что тоска прошла, а теперь она вернулась снова. Что же у нее происходит в жизни, почему не делится? Я бы обязательно поддержал. Ладно, дам Лике еще немного времени, потом заставлю открыться.
В субботу Лика сама выбирает для меня одежду, останавливаясь на черной футболке и джинсах. На ней самой свободное закрытое платье того же цвета. Глаза привычно жирно подведены, волосы собраны в высокий хвост. Ее любимый образ. Мы садимся в такси, и она завязывает мои глаза. По ощущениям добираемся быстро до места назначения. Чужие руки помогают выбраться из машины и ведут в какое-то помещение. Тяжелая музыка сразу бьет по ушам. Наконец, Лика снимает повязку, чтобы сразу одеть другую с прорезями для глаз, и я выпадаю в осадок. Это закрытый клуб для кинки-пати. Только в инете видел подобное, когда изучал тонкости БДСМ. Все гости вокруг облачены в черный. Замечаю на своей спутнице тоже маску.