Федор оглянулся назад, после чего постарался сделать максимально жалостливый вид.
— Дядь, ну очень надо. Вопрос жизни и смерти!
— По хребту тебе дубинкой надо! — рыкнул стражник. — Вам черни только волю дай — императора на кусочки порвете! Вали отседа!
Стражник снял с пояса дубинку, но парень тут же попятился.
— Ну, нельзя так нельзя. Тута же можно? — спросил он.
Стражник хотел было сплюнуть, но вовремя остановился и вовремя одумался, сообразив, что хотел плюнуть на спину полного мужчины в дорогом костюме.
Не став спорить, он молча отвернулся от Федора и встал боком, демонстративно поглядывая на остальных. При этом руку с дубинки он не убрал и нет-нет, да косился на Федю.
Тот наконец перевел дух, пристроился рядом с тумбочкой и поглядывал на людей.
Тут были и дорого одетые мужчины в костюмах. И дамы в платьях. Была и простая чернь, что с восторженным выражением лица вглядывалась дальше.
Страх, что его может снова схватить та парочка, отступил, но не надолго. Быстро пришло понимание, что толпа тут вечно стоять не будет. Все начнут расходиться, и тогда эти двое могут попытаться схватить его.
— Император!
— Всемилостивейший Государь!
Крики и гомон поднялся резко. Люди качнулись, и стражник выхватил дубинку. Ему пришлось пару раз приложить по телу особо рвущихся посмотреть на правителя.
— Стоять собаки! Не пущу! — перекрикивал он гвалт.
Федор от неожиданности и напора людей забрался на стальную тумбу и обхватил руками столб.
Взглянув на толпу сверху, как на бушующее море, Федор заметил здоровяка. Тот, словно айсберг, пер среди волн в его сторону.
Парень растерялся, глянул на стражника, что продолжал орать. К нему подключились еще двое. Втроем им удалось сдержать напор людей, орудуя дубинками.
«Не до меня им!» — мелькнула мысль в голове подростка, а следом пришла другая: — «Бежать!»
Куда бежать и как это сделать — Федор не понял. Море людей, что перли вперед, отрезали выходы.
«Прятаться! Я же как вывеска в мясном ряду!» — мелькнула следующая мысль, но спуститься было уже некуда. Толпа уплотнилась настолько, что не то что встать — плюнуть было некуда.
«Надо, чтобы на меня смотрели!» — спустя пару секунд возникла идея.
Только вот что делать, чтобы огромная толпа людей смотрела на тебя, а не на императора, парень не знал.
Именно поэтому Федор выпрямился, набрал полную грудь воздуха и сделал единственное, что пришло в голову — затянул протяжную заученную наизусть песню:
— За тума-а-а-а-аном ничяго не видна-а-а-а…
Голос у него был не басист, не под эту песню, но из-за многолетней практики удавалось попадать в ноты и петь довольно громко.
Голос молодого парнишки, что уже начал ломаться, подействовал. На него смотрели с удивлением или возмущением. Большинство, конечно, смотрело с растерянностью и непониманием, но это дало свой эффект.
Толпа перестала переть, и до всех дошел крик стражи.
— Стоять сучьи дети! Нельзя!
— Стоять, а не то огнем пожгу всех к едрене матери!
Федор не останавливался и продолжал петь. Толпа немного отхлынула, и теперь вперед, чтобы увидеть императора, никто не пер.
— Слазь! — просипел здоровяк, схватив парнишку за штанину. — Быстро!
— Тильки видна-а-а-а дуба залато-о-о-ого… — не обращал внимания Федор.
Сиплый перехватил парня за щиколотку и попытался дернуть, но Федор схватился руками за столб и не собирался сдаваться.
— Слазь, кому говорю! — рыкнул на него здоровяк, за спиной которого появился тот самый Хромой.
— Не трожь меня, убийца! — выкрикнул Федор, прервав песню. — Люди! Помогите!
Тут наконец на парня обратил внимания стражник.
— Ты! — указал он дубинкой на Сиплого. — А ну руки убрал! Кто такой⁈
— Господин, — тут же вылез вперед Хромой. — Зять это мой. А пацан внук. Блаженный он у нас. То с богом в туалете говорит, то песни поет где придется.
— Лихие они, дядь, — указал на хромого парень. — Заманить меня пытались! Еле убёг!
— Блаженный он… — продолжал с доброй улыбкой настаивать на своем Хромой. — Федей его зовут…
— Стручков! — раздался утробный рык. — Какого хрена⁈
Стражник тут же выпрямился, словно кол ему вставили, резко обернулся и в повороте приставил руку в фуражке.
— Ваше благородие!
— Что у тебя тут происходит, мать твою⁈ — протиснулся к нему пузатый мужчина с шикарными рыжими усами под носом.
— Господин начальник, тут двое мальчонку крутить пытаются, а он их бандитами обозначил.
Управляющий стражей станицы глянул на парня, что продолжал держаться за столб, а затем на здоровяка. Хромой попытался скрыться за спиной Сиплого и раствориться в толпе, но за его спиной успел встать еще один стражник.