Крики на улице оживились. Думается, кто-то передал наше новое расположение, и автоматные очереди застрекотали с полной силой. Вокруг крошился бетон, билось стекло, падали картины местных художников, но мы были в относительно безопасности. Бетонные ступеньки лестницы надёжно защищали от пуль.
Топот шагов раздался прямо над головой. Я вскинул автомат и ломанулся по лестнице, но Икс оказался ближе, чем я ожидал. Стоя всего на один пролет выше, он держал автомат наготове и жал на спуск.
Вскидываю автомат, но прежде пули пробивают бок и живот. Используют Пленку. Третья и четвертая пули — отбиваются от торса. Пленка спадает. Пятая простреливает кисть, шестая и седьмая — попадают в цевье автомата, отчего я роняю оружие. Отступать некуда. Врубаю Берсерка и тут же использую сгустки. Взмываю по лестнице прямо на Икса. Отбиваю автомат в сторону и наваливаюсь на него в прыжке. Ещё в падении я успеваю накрепко обхватить его голову и трижды приложить о бетонный пол, как только тот упал на спину.
Сам не понимаю, как его автомат оказывается в моей руке. Отвожу дуло в сторону и зажимаю крючок, когда приоткрывается дверь на втором этаже. Прошиваю Икса и проверяю коридор на наличие других засранцев. Пусто. Но это ненадолго.
Время играет против нас. Судя по крикам и выстрелам, Иксы равномерно окружили школу. Мой план с отходом через спортивный зал становился всё менее и менее реализуемым. Но попробовать стоит. Что еще остается? Нужно лишь понять, куда идти.
Выглянув в окно, я рассмотрел происходящее на улице. Вооруженные охранники, которые превосходили нас количеством в пять и больше раз, не казались главной проблемой.
Носители, через которых мастера пропустили энергию Иксов, приходили в себя. Поднимались на ноги и медленно двигались к школе. В голове мелькнула странная, но пугающая мысль: «у нас не хватит патронов, чтобы их остановить». Да и кто будет стрелять? Греча ещё побарахтается, а остальные с каждой минутой становятся слабее. Пройдет немного времени, и они будут не в состоянии идти даже с помощью. Пять из восьми мастеров мертвы… Но трое оставались живы…
Не спеша, я спустился вниз и посмотрел на пацанов. Мраки лежали с закрытыми глазами и тяжело дышали. Карате был в сознании, но, как и Соха, не мог управлять простреленными во многих местах ногами. Греча улыбался. А ещё он в случайном направлении вскидывал автомат и палил в стены. Увидев меня, поднялся:
— Чё, Данил, как жиза?!
— Нормально, — хмыкнул я.
Стоны пацанов и их томные вздохи били по морали. В воздухе витал запах всеобщего упадка и безразличия. На удивление, один из немногих, кто выглядел оптимистично — Желудь. Он не сдавался и обмазывал горло зелёной энергией. Выглядело мерзко. Тёмные сгустки крови выплескивались из-под руки и подсвечивались салатовым светом. Глядя на эту странную картину, я почему-то вспомнил о смешении энергий. Если добавить слабую энергию к более сильной, то вторая становилась нестабильной…
— Греча! — Крикнул я, точно одичавший вояка.
— Да?! Что?!
— Выкинь к херам свой автомат и напрягай булки! — Я перевел взгляд на Карате. — Тебе придётся кое-кого кое-куда дотащить!
… … …
На площадке между первым и вторым этажом было небольшое окно. Изредка я выглядывал в него и отмечал детали, а затем прижимался к полу и отдавал последние указания пацанам:
— Я их отвлеку, но времени будет немного. На втором этаже есть выход на балкон, — я показал пальцем вверх и посмотрел на Карате. — Ты дотянешься с сорока метров?
— Вряд ли это закончится хорошо, — ответил Карате, переминаясь с одной ягодицы на другую и кривясь от боли.
— По-твоему, всё ещё может закончится хорошо?
Карате промолчал. Вместо него заговорили выстрелы и звук бьющихся стекол. Мраков, Соху и Желудя мы кое-как рассадили под лестницей и всучили автоматы. Никто из них больше не мог самостоятельно идти. Зато остались силы, чтобы стрелять. Вот они и стреляли. Не прицельно, бездумно, по очереди.
— Будь у меня в запасе ещё один вариант, я бы его озвучил, — я пожал плечами. — Другого нет. Дотянешься с сорока метров?
— Как ты надеешься туда пробраться? — Вновь ответил вопросом на вопрос Карате.
— Карате! — Я взял его за плечи и немного встряхнул. — Время уходит. Ослабь хотя бы на секунду свою гиперответственность. Позволь всему происходить так, как оно происходит!
— Ты так и не сказал, как это поможет?!
— Карате, хорош споли размазывать! — Крикнул Греча.
Карате с удивлением посмотрел на Гречу и показал знаком, что готов подниматься:
— Хорошо. Я попробую.