… … …
Западный район Бетонки отличался богатством. Тут я бывал. На западе в одной из высоток мы отняли у разводилы Лазаря пятьдесят тысяч.
Почти по всему периметру город закрывали оборонительные стены — эхо Мировой Гражданской Войны. А в некоторых местах, роль стен выполнял природный рельеф, так было и на западе. Район заканчивался рекой, вдоль которой тянулась обустроенная для прогулок набережная. Места там красивые, но гуляли немногие.
Набережная в западной Бетонке прослыла местом постоянных драк, ограблений и разборок. Если в середине дня там было более или менее спокойно, то к вечеру стягивались коршуны. И вот парадокс. Казалось бы, место опасное, можно запросто схлопотать по носу, остаться с пустыми карманами и даже пулю словить. Зачем вы туда прётесь, ребятки? Ответ прост — за ощущениями.
Малолетки, а бывало и парни постарше, сначала развлекались во дворах или на хатах, а потом рулили на набережную за ощущениями. Сцепиться языками, подраться, отнять денег. Иногда такие игры заканчивались трагедиями.
Про жизнь на набережной я узнал от Тараса. Это он во время споров с Карате о ней заикался. Предлагал сходить сюда, подыскать птицу пожирнее и ограбить. Настоящий бандит. Ещё тогда нужно было присмотреться к нему. В любом случае, я на набережную пришёл не за этим. Ну… почти не за этим…
Зауженные синие брюки с красной строчкой, белые кроссовки и чёрная кофта с капюшоном. На мажора не похож. На что хватило девяносто долларов, то и надел. Знающие ребята в миг бы раскусили мои подделки, но расчёт-то был не на знающих. Те, кого искал Я, не разбирались в шмотках, а новые вещи для них почти всегда значили — дорогие вещи.
Нет, я не собирался грабить мажориков, как предлагал Тарас. Но я придумал, как раздобыть деньги. Незаконным способом, но с чистой совестью.
Полтора часа я прогуливался мимо шумных компаний, пока не наткнулся на троих парней в конце набережной. Там было темно из-за разбитого фонаря, а рядом с переполненной урной валялись бутылки и другой мусор.
— Дарова! — крикнул один и поспешил ко мне. — Гуляешь?
— Ага.
— Слушай у тебя не будет пятёрки, — первый, он же лопоухий пацан лет восемнадцати, предусмотрительно обошёл меня сбоку, так чтобы я стал спиной к реке.
— Нету, — я пошёл дальше, но дорогу перекрыли двое других. Один — сопляк лет четырнадцати в кожаной куртке, плечи которой сползли ему почти на локти, а второй — постарше с хитрым взглядом и выбритой бородкой.
— Жмотяра, бля, — пробормотал младший.
— Реально? — лопоухий толкнул меня в плечо. — Ты чего, друг, на пять баксов повёлся?
Не обращая внимание на толчок, я пошёл дальше и оттолкнул мелкого плечом.
— Эй! — Заорал он и отвесил хлёсткого подзатыльника. — Смотри куда идёшь, конченый!
— Куда ты вообще пошёл, ушлёпок?! — Добавил стиляга с бородкой. — С тобой люди разговаривают!
Ну что, кажется, разрешение я получил. Тут и сам Карате дал бы отмашку. Три из трёх гопников оскорбили меня или распустили руки. Но для пущей убедительности и витающего надо мной воображаемого духа Карате я дал им шанс:
— Выворачивайте карманы и можете быть свободны.
Видел бы Карате их лица. Два открытых рта, шесть выпученных глаз и одна улыбка умственно отсталого. Мелкий стоял ближе всего. Он-то и сменил улыбку на озлобленный оскал. Подождать, когда начнут? Да ну в задницу!
Мир преображается оранжевым, а моя рука уже пролетела три четверти на пути к его лицу. Кулак врезается в нос, и мелкого сдувает на полтора метра. Ноги не поспевают за телом, он плюхается на задницу, а его большая куртка закрывает лицо. Отдохни.
Лопоухий пробивает двоечку. Первый удар увожу в сторону и чувствую сопротивление, от второго уклоняюсь. Лопоухий выдаёт затяжную комбинацию. Отступаю и подыскиваю момент для контратаки. Стильная бородка накатывает с боку пробивает ногой в грудь. Погасить часть удара энергией? Зачем? В целом я не прочь отлететь к бетонному парапету, чтобы сменить тактику и пойти в бой первым номером.
Пацаны взялись за дело бодро. Ожидал от них меньшего, а зря. Они — не те полицейские, которые привыкли пукалками размахивать. Эти трое выросли в Бетонке и давно промышляют на набережной, а значит в мордобой умеют.