Пограничники были филиалом одной из крупнейших банд в городе. И пускай отдельно они не смогут тягаться с крупными бандами Бетонки, но в целом за ними стоит очень и очень серьёзная структура. Плохо.
Кислый и сам в конце письма намекал, что замес там очень крупный. Вот и я думал, стоит ли туда лезть? Соха, конечно, хорош, но меня засасывало в огромную воронку проблем, и никто не мог дать гарантий, что я выберусь оттуда живым. Но эта история с Заводом и его пацанами с улицы… Ситуация перестала быть однобокой. Я хотел побороться не столько за одобрение Сохи, сколько за СТО и хорошего мужика по прозвищу Завод.
Отправил Кислому сообщение. Блин, эта сотня долларов в день, которую я ему плачу, была едва ли не лучшей инвестицией в моей жизни. Кислый не минуты не простаивал и отлично делал своё дело. По-хорошему, дать бы ему передышку, но… Нету у меня времени на передышки. Задача — как можно быстрее крепко встать на ноги и окружить себя сильными и надёжными людьми. Так что Кислому придётся вкалывать день и ночь.
Отправил сообщение разузнать про Мраков и своего старого знакомого — сержанта Митяя. С полковником Кудиным я разобрался, но остался ещё исполнитель, человек, который лично жал на курок, чего я не мог ему простить. Кислый ответил лаконичным: «ок». Обожаю иметь с ним дело.
Я же, в полной уверенности, что всё делаю правильно, набрал Соху:
— Да?
— Привет, Соха.
— Привет, Данил.
— Не подвезёшь меня завтра в двенадцать?
— Платишь?
— Конечно.
— Куда поедем?
— На СТО к Завадскому.
Соха замолк на пару секунд, а затем невозмутимо продолжил:
— Хорошо. Буду у тебя в полдень.
Глава 12. Завадский
Утром следующего дня я встретился с Кацманом в его коморке. Интересный мужик, этот оружейник. Для виду держал небольшой магазинчик, где якобы скупал и перепродавал антикварные вещички, хотя на самом деле его основные сделки — это сделки с оружием. А антиквариат так — хобби.
Пришёл я, когда магазин был ещё закрыт, и нам никто не мешал. Спустился по лестнице, прошёл по коридору, который до боли напоминал какой-то бункер, и оказался в небольшом помещении со стеклянными витринами по периметру.
— Я бы сам тебе позвонил, — Кацман пожал мне руку и нырнул за прилавок, перебирать какие-то вещи. — Патроны для твоего орка ещё не пришли.
— Хорошо, но я не за этим.
— А зачем? — Оружейник вынырнул из-за прилавка с охапкой цепей в руках. — Что-то новое хочешь прикупить?
— Да, по мелочи.
— Говори.
— Когда мы встречались в первый раз, ты приносил рюкзак, — я показал его размеры в воздухе. — Можно в нём порыться?
— Без проблем, — Кацман ушёл в подсобное помещение, а затем вернулся со знакомой сумкой — Пожалуйста.
Всё, что меня интересовало, я отыскал за две минуты. Получил от Кацмана наставления по использованию и убежал. Тренировка у Егора Тимофеевича начиналась через пятнадцать минут.
… … …
В зал влетел последним и по-быстрому переоделся. Ждан посмотрел на меня, будто хищник на жертву, но ничего не успел сказать. За него сказали глаза: «мол, конец, тебе Данил после тренировки!», но формально обсудить это мы не успели.
Что за человек был Егор Тимофеевич, оставалось загадкой. За тренировки мы не платили, да и сомневаюсь, что в Бетонке нашёлся бы меценат для таких целей. Похоже, тренер был из тех же людей, что и Завадский. Занимал пацанов и выпускал из них пар в зале, чтобы те меньше выпускали его на улицах. Помогало ли? Хороший вопрос.
Как и в прошлый раз, я всю тренировку простоял в паре с Гречей. Теперь пацан держал руку ниже, подсказывал мне и сам впитывал, как губка. После одного из затяжных подходов, когда мы стояли, склонившись к полу и тяжело дышали, я спросил:
— Слушай… Греча… а… что со Жданом не так?
Греча ничего не сказал. Отыскал лазами Ждана, убедился, что тот не смотрит, и повернулся ко мне. Я увидел в его глазах понимание и согласие, мол: «я и сам, знаешь ли, в шоке, почему он такого говнюка включает». Кивнул ему и получил кивок в ответ.
После тренировки мы потянулись в раздевалку. На этот раз я вошёл одним из первых и пошёл к своему шкафчику. Ждан со своей свитой заявились через минуту. Все тяжело дышали, как и я, но намеревались продолжить тренировку в раздевалке. Так, а где Шуруп? На месте. Забился в свой угол и готов получить дневную дозу оплеух. Хотя сегодня он — актёр второго плана, а всё внимание — на меня.
Ждан походит, разминает шею и потирает кулаки:
— Ну что, очкозавр, не послушался? Мы тебя дважды предупреждали, но ты, похоже, совсем на голову слабый. Зато сотрясения не будет.