— По-ло-жи…, - цедит сквозь зубы Дикий.
— С такого расстояния я не промажу, — продолжаю смотреть на Мешка. — Но пальбы не будет, если мы просто поговорим.
— Ты знаешь, кто я такой?
— Поговорим по поводу Завадского! — Перебиваю его и вижу боковым зрением, как мужичок вновь подливает в Дикого зелёнку. Хорошая новость. Голодному тигру хрен объяснишь, что из-за его действий может пострадать хозяин. Надёжнее — вколоть ему лишний транквилизатор.
— Говори!
— Отец Сони здесь не причём. Ваши отношения касаются только вас. Завадский — хороший мужик и делает хорошее дело, разве он заслуживает…
— Она. Меня. Унизила. — Мешок оскалился. — Ты кто такой, чтобы лезь в эти дела?
— Не важно. Я не хочу, чтобы из-за какой-то… чтобы из-за девчонки пострадали невинные люди.
— Она сама виновата, — Мешок клацнул от злости зубами. Ну и дерьмо. Боюсь представить, как хреново он себя чувствует. Всё ещё любит её, а она… — Она развела меня, как лоха, а потом бросила. Ничего бы этого не было, если бы она попросила прощение.
— Прощение? — Я проглотил слюну.
— Да, прощение. Я попросил её извиниться. Просто, мать её, позвонить и извиниться! Но она отказалась… Будь она мужиком, я бы придумал, как её унизить, а так… мне приходится разбираться с её семьёй.
Ё-моё. И куда я залез?
— Хм-м. Извини, — я кивнул на пистолет. — Не знал, что проблема стоит именно так. Значит, ей нужно просто извиниться? И всё?
Мешок кивнул.
Из-за стола я выползал, будто боялся зацепить растяжку. В принципе так оно и было. Мужичок, которому я чертовски благодарен, без остановки массажировал Дикого зелёной энергией. Но силы его, похоже, были на исходе. Дикий кривился и выпучивал глаза. Казалось, что в него вселяется демон или пробуждается вторая личность, жаждущая рвать, метать и убивать.
Дважды попросив прощение у Мешка, я пообещал поговорить с Соней, а сам бочком-бочком и отвалил к выходу. Ствол не спускал. Да, сам виноват, но слишком опасно. Он не сказал, принял ли мои извинения, а взгляд его немного пугал. Особенно он нахмурился, когда я сказал, что поговорю с Соней. Как бы не подумал чего лишнего…
Оказавшись на улице, я свалил за три квартала, отдышался и позвонил Кислому:
— Да?
— Привет, блин…
— Приве-е-ет. Что-то случилось?
— Да, кое-что случилось… Хотел спросить у тебя про Соню.
— Что именно? — Слышу по голосу, что Кислый напрягся.
— Хотя знаешь… будь добр, найди мне её номер телефона.
— М-м-м. Хорошо. Сейчас скину.
— Ага. Давай.
Глава 14. На ринге
Соню я нашёл в салоне красоты недалеко от ремонтной её отца. Она делала маникюр и неспешно болтала с мастером. Подошёл и похлопал по плечу:
— Привет.
— Приве-е-ет, — удивляется и улыбается.
— Нужно поговорить.
— Ладно. Подожди, я закончу через десять минут.
— Давай ты закончишь после нашего разговора?!
— Ты меня пугаешь, Данил. Разве можно так грубо с девушкой?
— Пойдём! — Беру её под руку и веду на улицу.
— Эй, малыш, полегче!
Малыш? Сжимаю чуть крепче в районе локтя. Не больно, но неприятно. Немного по-хамски выталкиваю на улицу. Пускай думает о моих плохих манерах или что-нибудь в этом роде. Нужно её взбодрить. Скинуть маску пофигизма. Получилось? Сомнительно.
— Забавно, — достала тонкую сигарету и закурила. — Вчера увиделись с тобой впервые, а сегодня ты уже позвонил…
— Хватит!
Мимо нас идут двое парней. Соня в обтягивающих черных брюках и белой блузке цепляет их внимание на себя. Они чуть замедляются и улыбаются, а один подаёт голос:
— Девушка, вам нужна помощь? — Кивает на меня.
Соня улыбается, и тот почти пьянеет. Вот же она… В воздухе висит десятисекундная пауза, а затем она машет им рукой. Жесть очень похожий на: «брысь отсюда!», но с её привычной томностью. Они немного колеблются, пожимаю плечами и уходят.
На всякий случай провожаю их взглядом. Мало ли, что им в голову взбредёт, а когда разворачиваюсь, Соня стоит почти впритык. Смотрит в глаза, улыбается и почти касается меня грудью во время больших вздохов. Я немного выше её, отчего с близи замечаю белый краюшек бюстгальтера под блузкой, который… Да что за…?!
— Ты понимаешь, что устроила своему отцу большие проблемы? — Отступаю на шаг.
— Почему я? — Затягивается и целит дымом мне в лицо. — У отца трудности с какими-то ребятами… Я просто девочка, Данил.
— Твой отец может потерять бизнес и всех тех пацанов, которых воспитывал годами. Что тебе стоит извиниться?
— Перед Мешком?