Ну а довести посетителя ресторана до туалета — проще пареной репы, особенно если ресторан выбран не случайно. Кислый лично не знал официанта, но знал людей, которые его знали. За скромные пять сотен долларов пацаны согласились помочь. Почему бы нет. Тем более, что от них не требовалось ничего сложного. Подсыпать клиенту в напиток мочегонного и позволить тому пойти в туалет.
… … …
Дёргается назад, намереваясь выскочить спиной. Да ладно, Митяй! Неужели ты думаешь, что я так просто тебя отпущу? Ловлю за куртку и тащу на себя. Открывает рот, чтобы закричать, но ребро моей ладони, наполненное энергией, ударяется в горло. Слышу короткий хруст в кадыке, после чего Митяй открывает рот и вываливает язык, как будто собирается показать мне, что он сегодня ел.
Хватаю за шиворот и с разворотом в пол-оборота протаскиваю его глубже в туалет. В эту же секунду почему-то мне приходит в голову мысль, что за последние два дня мне дважды посчастливилось драться среди писсуаров, унитазов и раковин.
Митяй справляется с болью в горле и набирает в лёгкие воздух… Да ну не-е-ет! Пробиваю двоечку по корпусу. Первый удар в грудную клетку, второй — в живот. Он сгибается и отходит, а затем выплёскивает в руки энергию и бросается, будто хищник, целя мне в горло.
Делаю длинный шаг назад и отбиваю его выставленные руки вниз. Митяй теряет равновесие. Из такого пике уже не выбраться. Его руки и лицо в ближайшую секунду встретятся с твёрдой плиткой. Пожалуй, окажу ему услугу. Подставляю колено, в которое с противным хрустом врезается его нос.
Валится на пол. Не так быстро. Подхватываю за куртку и рывком ставлю на ноги. Третья и на этот раз последняя попытка закричать. Без шансов. Наполненная энергией рука, будто гидравлический рычаг сжимается на горле.
— Передавай привет Кудину!
Митяй замирает. В глазах — неверие. Неужели он сейчас умрёт? Да. Кладу левую руку на затылок, правую — перекладываю с горла на челюсть. Резкий рывок, и бывший сержант полицейского управления Митянин опускается на плитку с переломленной шеей.
Мой телефон без признаков жизни лежит в кармане. Значит мы не наделали шуму, и спецы ничего не подозревают. Оттаскиваю тело в кабинку, прикрываю дверь и выхожу в коридорчик. Пропускаю дверь женского туалета и захожу в следующую — «служебное помещение». Миную два железных шкафчика со швабрами, взбираюсь на тумбу и выскальзываю в небольшое окошко под потолком.
Соха стоит заведённым и смотрит в зеркало заднего вида. Не кричит и не машет, значит всё тихо. Прыгаю в машину. Трогаемся.
Глава 17. Контакт
Глюк нарыл в сети точки камер слежения, установленных на улицах вблизи ресторана. К несчастью, мы не получили доступ к видео, поэтому пришлось рисовать углы и дальности обзора, полагаясь на расчёты и интуицию. Лишь одно место казалось опасным. Перекрёсток, на котором мы сворачивали на улочку с односторонним движением и терялись для камер. Так вот на том перекрёстке Кислый предварительно поставил фургон, который занимался ремонтом стиральных машин. Фургон «случайно» сломался в двадцати метрах от перекрёстка, и водитель выставил знак аварийной остановки. Это и позволило нам проехать под самой опасной камерой, не засветив машину Сохи.
Короче, сработали мы более или менее чисто. Во всяком случае для группы подростков. И всё же те, кто охранял Митяя, и без камер поймут, кто грохнул сержанта. Сержант наверняка нажил себе десятки или даже сотни врагов, но связь с Огинским Данилом слишком очевидна.
Как и всегда, я полагался на беззаконие Бетонки, но полторы недели послушно просидел взаперти, пока Кислый работал радаром. Дебильная работёнка ему выдалась: шнырять по всему району, разговаривать с разными людьми и постоянно висеть на телефоне, чтобы узнать — не рыскает ли кто-то в поисках меня.
С Пограничниками всё оставалось в подвешенном состоянии. Соня пару раз звонила, но говорила не то, что я хотел бы услышать. Просить прощение у Мешка она не собиралась, и поэтому я понятия не имел, что делать с Завадским и его пацанами. Устраивать бойню ради одобрения Сохи и ещё пары надёжных пацанов — тупо. Мог ли я сделать что-то ещё? Ответа не было. По итогу я решил на время отпустить ситуацию и посмотреть, как та будет развиваться.