— Что дальше? — спросил Греча, затягивая последний хомут на ногах.
— Дальше я сам, — ответил я и протянул Грече стопку купюр. — Спасибо.
— Обращайся, — улыбнулся он и показал напарнику, что они сваливают.
— До встречи.
— Пока, — я махнул Казаку. — Увидимся.
Небольшое помещение, где мы с мастером обосновались, кажется, раньше было раздевалкой. Жестяных шкафчиков не было, зато осталась длинная вешалка на всю стену и парочка умывальников. Поразительно, но из левого крана текла вода. Ржавая и вонючая. Она выстреливала в раковину, оставляя рыжие подтёки, но шла.
В себя мастер пришёл только через час. Открыл глаза и уставился на меня мутными зрачками. Опьянение продлилось не долго. Едва он зацепился за ниточку сознания, как тут же отрезвил себя энергией. Подарил мне презренную ухмылку, после которой превратился в живую дымовую шашку. Фиолетовые пары энергии выделились одновременно из рук, ног и головы. Что ж ты неугомонный такой?! Я нажал на курок.
Орк дёрнулся в руке, будто живой зверь. Выстрел отозвался в комнатке эхом и продолжился звоном в ушах. Пуля пробила ногу чуть ниже колена. Кровавые брызги легли на пол. Мастер сжал зубы, после чего фиолетовый пластырь энергии прикрыл рану. Пленник расслабился и присмотрелся ко мне:
— Огинский?
Признаться, я не рассчитывал, что он меня узнает. Да и как он мог меня узнать, если мы с ним не виделись? Передо мной сидел не тот Мастер из комнаты Прозрения, а другой — незнакомый.
— Чего ты хочешь?! — Спросил он и поправился на стуле.
— Мне нужна информация.
— Тогда тебе стоило похитить водителя, — он улыбнулся. — Во мне найдётся достаточно сил, чтобы молчать. Уж поверь.
Об этом я не подумал. Ведь действительно, обладая энергией, Мастер мог перетерпеть не только выстрел в ногу, но и другие пытки. Погорячившись с пистолетом, я вернул его обратно за пазуху:
— Как тебя зовут?
— Мацко Илья, — неожиданно просто назвал он своё имя.
— Что ты делал возле Пятна?
— Я думал, ты умнее, — Мастер улыбнулся. — Иксы подарили тебе время. Ты мог спрятаться. Хотя бы попробовать спрятаться. Улететь в другой город, а лучше — в самую отдалённую деревеньку, а ты даже из Бетонки не выбрался, — Мацко хохотнул.
— Мне угрожает опасность?
— Послушай, если я буду слишком много говорить, то опасность будет угрожать и мне, — он пожал плечами. — Так что, прости.
Просить, я его, конечно, простил, но куда больше меня интересовали ответы. Разве не каждый пленник начинает со слов: "хрен я вам что скажу?".
Мацко сидел на стуле развалившись. Связанные за спиной руки не мешали ему чувствовать себя уверенно. Полагаю, став Мастером, Мацко многое повидал и находится у Иксов на хорошем счету. Ну что ж, тем неприятнее будет физическая расправа.
Подошёл вплотную и ударил под дых, а когда Мацко задействовал энергию, вцепился рукой в плечо. Часть энергии, которую он высвобождал, я забирал себе. Ладонь подсвечивалась оранжевым, а в местах, где пальцы углублялись в плечо, пульсировал фиолетовый цвет. Я заглянул в сферу и увидел поступающие сгустки фиолетовой энергии, которые преобразовывались в оранжевую почти мгновенно.
Скоро сфера заполнилась, и мне пришлось использовать энергию в холостую, чтобы высвободить место. Процедуру я повторил пять раз, а когда Мастер встревал со своей неуместной болтовнёй, отвешивал ему удары по корпусу.
В шестой раз заполняя ядро за счёт Мацко, я почувствовал, что поток энергии ослабевает. Да и Мастер больше не выглядел так свежо, как раньше. Лицо вновь стало бледным, вокруг глаз появились тёмные круги, на лбу проступили капли пота. В считанные минуты из здорового и уверенного в себе мужика он превратился в больного и смертельно уставшего.
Всё чаще его тело били спазмы, а произнесённые слова — больше походили на мычание. В какой-то миг он опустил голову, изобразив потерю сознания. Тогда я освежил его ржавой водичкой из-под крана, и разговор пошёл на моих условиях.
— Что ты делал возле Пятна?
— Обновлялся, — ответил Мацко, стряхивая с лица рыжие капли. Обновленным он больше не выглядел.
— Иксы как-то связаны с Пятнами?
— Оно тебе надо? — Спросил он и поёжился, когда я протянул руку, чтобы вновь к его ядру. — Ладно-ладно!
Дал ему минуту, чтобы тот перевёл дух и собрался с мыслями:
— Ну?