Заканчивается воздух, а вместе с ним — силы. Отдаю в ядро всю оставшуюся энергию и продолжаю бить. Десять, двадцать, тридцать ударов. Досчитав до полсотни, я перестаю воспринимать реальность. Руки больше не принадлежат мне и двигаются сами по себе, будто поршни, пока я медленно умираю из-за нехватки воздуха в сломанной шее.
Ещё десять ударов. Это последние… Я опускаю руки и опускаюсь сам. Сползаю спиной по корпусу станка, понимая, что сейчас умру, но… Как я сполз? Он отпустил меня?
Затуманенным взглядом я вижу болтающееся на станке тело Дикого. Черты его изувеченного лица нельзя различить. Где-то далеко, за биением собственного сердца в перепонках, я слышу редкие выстрелы, а также чувствую внутренний всплеск. Чувство знакомое. Однажды я испытывал такое. Чувство получения новой способности…
Глава 25. Энергетический бунт
В зале совещаний Иксов стояла тишина. Лидеры ячеек встали со своих мест и смотрели в торец стола. В ушах звенело, в воздухе витал запах пороха. Изредка тишину прерывали звуки падающих на пол капель.
— Ну и здоровые же ублюдки! — Сказал Тритон и швырнул пистолет на стол.
За проломленной стеной в соседний кабинет лежало семь трупов. Двое из них — бывшие охранники Винса. Небольшой кабинет, где варили кофе, нарезали закуски и хранили воду, превратился в развалины. Пол устлали обломки мебели, бетонная крошка, осколки посуды и окон.
Тритон рассчитывал, что восемь Экспертов без проблем справятся с двумя Доками. Но все прошло не так гладко. Охранники Винса грохнули пятерых и были недалеки от того, чтобы расправиться с тремя оставшимися, но всё обошлось.
Сам Винс лежал, развалившись в кресле. Белая рубашка под пиджаком насквозь пропиталась кровью. Во лбу виднелся чёрный отпечаток вошедшей пули. Руки свесились с подлокотников, голова завалилась на бок. На лице застыл взгляд отчаяния и негодования.
Из всех присутствующих переживал только Тритон. Хотя то было не переживание, а скорее — волнение. Он слишком долго к этому шел и слишком много раз рисковал. Теперь всё было позади.
Секретарша Винса слила Тритону письмо от Огинского, которое стало бы для Тритона смертельным приговором. Тритон и без того знал, что медлить больше нельзя. К счастью, всё было готово. Он получил одобрение лидеров ячеек, и дело оставалось за малым: грохнуть старикашку и двух его охранников.
На столе завибрировал телефон. Лидеры ячеек посмотрели сначала на экран, а после — на Тритона. Тот склонился над телефоном Винса и снял трубку, включив громкую связь.
— Мои поздравления, — без приветствия начал уверенный мужской голос, — совет одобрил твой вопрос. Мой помощник занимается сбором рабочей группы. Нам нужны фамилии и имена тех, кто будет участвовать в разработке реформ от вас.
— Мы передумали, — сказал Тритон.
— Что?! Кто это?!
— Меня зовут Тритон, — он поставил ногу на кресло и оттолкнул Винса к стене. — Я говорю от имени Иксов. Мы передумали. Так что, можешь засунуть свои реформы и рабочие группы в задницу!
… … …
Свидетелей после разборок в ангаре не осталось. Каким-то чудом в передряге выжил Мешок, и кто-то из Мраков настаивал — оставить его в живых, чтобы поживиться деньгами. Но это была лишь мимолетная слабость. Никто не должен был знать, что в разборках Пограничников и Тараса участвовали мы. Бесспорно, любой, кто хоть немного шевелит извилинами, догадается. Хотя без свидетелей и весомых улик, догадки останутся догадками.
Из Мешка можно было вытрясти миллионов десять, не меньше, но мы умерили свои аппетиты. Забрали только бриллианты, которые Погранец привез на встречу. Мешка пустили в расход.
Всю следующую неделю мы готовились к тому, что кто-то из крупных банд заявится к нам в гости. Стоит сказать, что подготовились мы неплохо. Кислый, которого мы все ещё держали в пленниках, нашёл для нас дом на окраине Бетонки, и мы заехали туда всей командой: я, Мраки, Соха и его люди. Кацман помог с продажей камней. На вырученные деньги мы прикупили оружие и кучу всяких железных хреновин, с помощью которых сделали из обычного дома укрепленный форт.
— Звонил Денис Пожаров, — в комнату на втором этаже вошёл Греча. — Хочет встретиться.
— Мы можем отказать? — Спросил я.
— Ему — да.
— Значит отказываемся.
Предложения о встречах поступали каждый день. В основном навязывались мелкие банды, жаждущие подняться на нашей неожиданной популярности. Они хотели заиметь общие дела или просто наладить контакт. Меня это не интересовало. Я был озадачен тем, чтобы нас не смяли крупные банды или пропускной рэкет, в который входили Пограничники.