– Эй, дружище, поздравляю с Жертвенником! – передо мной нарисовался невысокий пацан в солнечных очках с жёлтой оправой.
– Спасибо.
– На этой неделе Жертвенник был что надо!
– Ага, – я скривил жалкое подобие улыбки и поискал глазами босса. На секунду мои глаза встретились с глазами Тараса, после чего он продолжил разговор.
– Дай пять! – не успокаивался пацан.
Я поднял руку. Пацан ударил с хлопком и полез обниматься. Только этого мне не хватало! Надеясь, что на этом наше знакомство закончится, я позволил себя обнять. Он похлопал меня по спине и задержался, не выпуская из объятий. Подобная хрень меня порядком взбесила, и я принялся решать, с какой руки ему вдарить, если он полезет целоваться.
Перед нами обнимались двое других голубчиков, да так страстно, что их занесло, и они толкнули нас. Мне пришлось отступить на пару шагов и по инерции поддержать свою вторую половинку, чтобы тот не сполз на землю, стаскивая с меня штаны. В конце концов, я от него отлепился. Все трое попросили прощения и свалили.
Поднял голову в поисках Тараса. Увидел его, но секундой ранее странное ощущение прокатилось от макушки до груди. Пугающий холод…
Я похлопал себя по карману штанов… Вот же бл…! Карман штанов оказался пуст! Он украл бабки!
В панике ворочая головой, я заметил дужку ярких очков. Вор быстрым шагом направлялся в промежуток между домами. Я сорвался с места и погнался за ним…
Глава 12. Секрет
Пробиваясь через гущу «обласканных» энергией людей, я думал о Тарасе. Не мог отделаться от навязчивой мысли. То ускорялся, то замедлялся и додумывал на ходу.
Должен ли я вернуться и сказать Тарасу о краже? Скорее всего – нет. Он общается с торговцем. Что тот подумает, когда я одёрну Тараса и скажу, что профукал бабки? Сделка сорвётся, да и не только эта сделка. Над всеми последующими нависнут большие знаки вопросов.
Но что, если я его не догоню?! Я ведь совсем не знаю этот район, а вор только что заправился энергией Жертвенника. Сколько там было денег? Тысяча, две? Кипа толстая и увесистая… Чёрт! Если я просру эти бабки, то Тарас точно меня продаст! Вор не должен убежать! Чего бы мне это ни стоило, но я его достану!
Страх облажаться накрыл с головой, зато организм выпустил в кровь адреналин. Я надавил на педали и побежал так быстро, как прежде не бегал.
Выскочил в промежуток между домами и увидел вора в тридцати метрах. Он шёл один и, склонив голову, считал мои баб… бабки Тараса. Идея замедлиться и не наделать шуму слишком поздно пришла в голову. Я сделал два предательски громких шага, которые отбились от стен соседствующих домов, и перешёл на рысцу. Не сработало, вор обернулся.
Жёлтые Очки стартанул, словно лев в атакующем броске. Обежал пару машин, чтобы запутать меня, перескочил через забор детского садика и шмыгнул в ближайшую открытую дверь. Я мчался за ним. Отставал на каждом повороте, спотыкался и сбивал руки о препятствия, но бежал.
По заброшенному детскому садику мы пронеслись ураганом, разбрасывая попадающуюся на пути мебель и выбивая хлипкие двери. Я устал, как собака, уже после двух минут бега, но дал себе установку – гнаться и не отпускать его дальше чем на десять метров.
Почувствовал, как намокло плечо – это раскрылась не до конца заросшая рана. Не страшно. Из детсада мы промчались по двум дворам и выскочили на стройку. Огороженный деревянным забором котлован и два этажа дома, который уже никогда не станет многоэтажным.
Желтые Очки мастерски лавировал между бытовками-вагончиками, пролетал под строительными лесами и скрывался за каркасами техники. На секунду я потерял его в лабиринте поддонов, но вовремя заметил единственный выход из огороженной территории и ломанулся туда. Не прогадал. Вор выскочил всего в десяти шагах справа и аж шарахнулся, увидев меня так близко. Ускорился и первым проскочил в проход, а я оставил ему на спине синяк, метнув между лопаток гайку, размером со сливу.
Три или четыре двора мы пробили насквозь, будто хотели опередить движущийся по параллельной улице автобус. В какой-то миг я едва не позволил себе сдаться. Представил в воображении, как перейду на шаг вместо спринта и махну ему вслед рукой. От одной мысли, какую горечь принесёт поражение, я побежал ещё быстрее. Добрым знаком служил и всё чаще оборачивающийся вор.
О том, смогу ли я найти дорогу назад, не думал. Да и что тут думать?! Если я не верну бабки, то можно и не возвращаться!
За тремя дворами была спортивная площадка, турники, ещё один двор и парковка. На прямой я выжимал из себя максимум. Жал по газам, будто на кону стояло олимпийское золото, и это приносило плоды – догонял. А вот на загромождённой местности вор набирал своё. Он знал каждый поворот, изгиб и препятствие. Наполовину заполненная парковка должна была стать его триумфом, где бы он петлял между машинами и отрывался всё дальше, но я выбрал играть по своим правилам.