В каждом районе сотни кварталов, тысячи домов, сотни тысяч квартир и подвалов. Быть может, во мне говорила наивность из-за незнания, но я был почти уверен, что отыскать нас в какой-нибудь забытой богом дыре соседнего района – задача не из простых.
Раскручивая цепочку спасения, я пошёл дальше и попытался выбрать идеальный для укрытия район. Приозёрный – слишком открытый и растянутый по площади, малая плотность застройки. Центр – шумный, что хорошо, но едва ли там будет легко найти пристанище. Оставались Индустриальный и Заводской. Стоп! Заводской?
По уши погрязнув в проблемах новой жизни, я напрочь забыл о старой. Впрочем, ещё пару часов назад я предполагал, что выбраться из Бетонки мне не суждено до конца своих дней. Но сейчас правила игры изменились. Заводской район не только граничил с Бетонкой, куда важнее – в Заводском районе жил Сергей – мой неудавшийся приёмный папаша, с которого всё и началось.
– Пацаны! – я вскочил из-за стола прежде, чем идея полностью созрела в моей голове. – Бетонка же граничит с Заводским, так?!
– Ну.
– Я тут подумал… В заводском же… Короче, помните, я рассказывал о козле, который притащил меня в дом к Иксам?
– Немного, – по интонации Желудя стало понятно, что тот не особо поверил в моё озарение.
– Помним, – подтвердил Карате.
– Его зовут Сергей, и он живёт в Заводском районе.
– И что?
– Перед тем как этот Сергей и его друг вырубили меня, я слышал их разговор. Стас требовал у Сергея деньги, а тот ответил, что деньги будут, но позже. Аферу с моим усыновлением Сергей придумал, чтобы срубить бабла, и у него получилось. Вряд ли этот лох замахнулся на полмиллиона, но сто тысяч, может, и попросил. Тем более для Иксов эти бабки – пустяк.
– Ты предлагаешь?.. – начал говорить Тарас, но замолчал и посмотрел на Карате.
Внутренне я возликовал. У меня появилась реальная возможность убить одним выстрелом сразу трёх зайцев. Выбить из Сергея показания невиновности; забрать деньги, которые могут нас спасти; и отомстить.
– Да! Я предлагаю наведаться к этому говнюку и забрать бабки, которые он сделал на мне!
– Ну что ж, – сказал Карате, поднимаясь. – Лучше нам всё равно ничего не придумать.
– Решено, – уверенно сказал Тарас и взял со стола телефон. – Сделаю пару звонков.
Пятнадцать минут назад мы проехали пропускной пункт между Бетонкой и Заводским, а меня все ещё потряхивало. Одно дело слушать убеждения, что всё будет хорошо, и совсем другое – видеть через окно полицейского, который запросто может задержать тебя без документов, а затем пробить по базе и узнать обо мне малюсенький секретик. Как бы он поступил, узнав, что шестнадцатилетний пацан в машине подозревается в жестоком убийстве и что за его голову обещают награду в сто тысяч?
К счастью, всё сработало именно так, как мне обещали. Знакомый Тараса по кличке Соха остановился перед шлагбаумом и протянул дежурному свои документы. Тот вытащил сложенную стопку купюр и пожелал счастливой дороги. Через полчаса мы въехали в знакомый двор и остановились возле знакомого подъезда.
– Встану где-нибудь во дворе, – сказал Соха. – Оплата за ожидание по тарифу.
– Без проблем, – ответил Тарас. – Если что-то поменяется, я наберу.
– Идёт.
– Выходим? – Тарас повернулся ко мне.
– Да, – я открыл дверь и первым вышел из машины. – Вот этот подъезд!
Судя по увиденному далее, схема проникать в чужие подъезды была отработана пацанами до автоматизма. Желудь вызвал первую попавшуюся квартиру и жалостливым голосом мальчика попросил открыть дверь. Получилось очень убедительно, и для себя я решил, что точно впустил бы беднягу, но так считали не все. В первой квартире мальчику посоветовали позвонить к себе домой; во второй – послушали и положили трубку; в третьей – послали в задницу. Желудь оказался упёртым. Открыли в четвёртой.
Оплавленная кнопка лифта, дребезжание раздвижных дверей, рывки старых канатов и победный «бздиньк!» – мы на седьмом этаже. Вонь мусоропровода никуда не делась, и я на секунду подумал, что вернулся домой.
Будь у меня телефон или хотя бы номер из списка контактов, мы бы позвонили Сергею и послушали через дверь – внутри ли он. Телефона не было. Пришлось звонить в звонок.
На передовой снова оказался Желудь. Поправил кофту, зачесал набок чёлку и нажал кнопку, а мы прижались к стене. Двадцать секунд ожидания – тишина. Ещё один звонок. Тридцать секунд ожидания – ни звука. Третий и последний звонок – глухо.
– Ну, нет так нет, – сказал Тарас и опустил к земле руку, после чего из рукава выскочила монтировка.