Отыскать Стаса было несложно. Хотя это было хорошей новостью лишь отчасти. Тарас позвонил знакомым, и те сказали, где зависает Бледный. Плохая новость – Стаса знали многие в Заводском районе и кое-кто в Бетонке, а потому его нельзя было назвать простым барыгой. Какой-никакой вес у него имелся.
– Живет на квартире в двух кварталах отсюда, – сказал Тарас. – Пацаны сказали, что он серьёзный. Работает с бандой Заводского, но не входит в неё.
– Данил? – Карате повернулся ко мне. – Ты уверен? Не хотелось бы влезать в ещё одну задницу просто так.
– Уверен. Пошли.
Две минуты Желудь проторчал у двери, глядя в глазок и прислушиваясь. Затем показал большой палец и повернул ручку. Мы вышли и поспешили к лестнице. Спуск дался пухлому тяжело, но он не ныл. Уж лучше немного вспотеть, чем застрять в лифте, когда это совсем некстати.
На улице Тарас нашёл машину Сохи и сказал куда переехать, а сами мы пошли пешком. Пускай я гулял по этим дворам всего один день, но кое-что запомнил, и теперь они не казались мне незнакомыми. Когда в прошлый раз я прогуливался по местам, которые должны были стать моим домом, я нормально относился к обшарпанным домам, заставленным улочкам и повидавшим виды детским площадкам. Забавно, но после пары недель жизни в подвалах Бетонки эти дворы показались мне едва ли не идеальным спальным районом, уютным и умиротворённым.
Один квартал мы прошли дворами, а второй по параллельной улице. Свернули в прорезь домов и быстро нашли нужную девятиэтажку.
– Здарова!
На пацана чуть старше нас, который стоял возле машины и разговаривал с кем-то через окно, мы обратили внимание, когда он выскочил на тротуар и преградил нам дорогу.
– Привет, – пробубнил Тарас и обошёл местного.
Мы последовали примеру лидера и обтекли препятствие с двух сторон.
– Эй, малые! – местный нагнал Тараса и расправил плечи. – Что за борзота?! Тебя со старшими разговаривать учили?
– Чё те надо?! – Тарас посмотрел на часы.
– Мне чё надо?! – местный сунул руки в карманы спортивных штанов и расставил широко ноги, притопывая подошвами кроссовок. – Это вам чё надо на моём районе?!
– Ноги так широко не раздвигай, а то по яйцам пропустишь, – Тарас оттолкнул выставленную наперерез руку и пошёл дальше.
– Следующий подъезд, – сказал Карате всем нам.
– Стоять! – местный нагнал Тараса в третий раз и схватил за плечо. – Ты чего, малолетка?! Проблем хочешь?! Стой, когда я с тобой…
Поверх руки местного Тарас положил свою и плавно вывернул кисть. Местный согнулся и застонал. Изо рта вырвался поток брани, а сам он дёргался, желая вырваться из захвата. Но Тарас держал крепко и заламывал сильнее, когда тот слишком сильно вертелся. Свободная рука местного подсветилась красным. Видимо, тем самым он показал своё намерение побить Тараса, но выглядело это жалко. Всё, что тот мог делать, это смотреть мордой в асфальт и тявкать.
Управляя заломленной рукой, будто джойстиком, Тарас подвёл местного к клумбе и пинком под задницу отправил в полёт через заборчик. Тот шмякнулся лицом в траву, а ноги повисли на преграде. Секунд десять он выбирался из плена собственной позы и стряхивал с лица песок. Мы же за это время зашли в подъезд, откуда по удачному стечению обстоятельств вышла девочка и придержала нам дверь.
На этот раз к двери подошёл Тарас. Показал нам взглядом отойти подальше и позвонил. Мы услышали топот шагов. Человек за дверью посмотрел в глазок и открыл.
– Чего тебе?
Не знаю, откуда Тарас нашёл в себе столько спокойствия, но выглядел он одним из тех челов, которые ходят по квартирам и предлагают поговорить о Боге. Причём Тарас выглядел столь спокойно и пофигестически, что казалось, стоял на пороге уже сотой квартиры в своём паломничестве. Повернулся ко мне и спокойно спросил:
– Это он?
Я отошёл от стены, чтобы увидеть человека в двери. Бледное лицо, иссохшее тело и опасный прищур.
– Да, это он, – сказал я.
Раздался хлопок ткани разогнутой ноги, и Бледный улетел в глубину квартиры. Тарас махнул нам рукой, и мы гурьбой ввалились внутрь.
Из прохода на кухню показался ещё один мужик. Среднего телосложения, с искривлённой от недовольства харей и со стаканом в руках.
– Чё за малышня, Стас?! – спросил он, а затем повёл головой и заметил лежащего на полу друга. – Не понял…
Отдаю команду сфере. На глаза падает оранжевый фильтр. Энергии достаточно, чтобы почувствовать невесомость тела и мнимый эффект замедления. Хватаю мужика за кисть. Сжимаю. Стакан в его руке хрустит, алкоголь проливается на пол вместе с кровью. Он открывает рот, собираясь крикнуть либо от боли, либо от злости. Бью под дых, и крик обрывается. Беру за шкирку и закидываю в комнату, где на полу сидит Бледный. Оранжевый оттенок мира исчезает, и я становлюсь прежним.