Она попробовала выйти в коридор, но дверь оказалась заперта. Пришлось поменять свойства тела и выглянуть через стену. Запомнив вид коридора, она вернулась в комнату, сделала в него «окно» и стала ждать «языка». Пришлось минут десять поскучать, прежде чем в коридоре появилась служанка. Ира пропустила девушку, вышла в коридор ей за спину и, убрав проницаемость, сдёрнула с шеи амулет. Можно было продавить его силой, но если во дворце есть маг, он мог это заметить.
– Отвечай, где маркиза! – приказала она служанке.
– Госпожа Амали в подземелье, – безжизненным голосом ответила девушка.
– Что она там делает?
– Её бросили туда по приказу господина маркиза.
– Где у вас подземелье? Показывай!
Никого не встретив, они прошли до лестницы на первый этаж, спустились по ней и вышли во двор.
– Эта дверь? – спросила Ира и, получив утвердительный кивок, приказала: – Иди и продолжай выполнять свою работу.
Девушка вернулась во дворец, а Ира прошла сквозь дверь и, подсвечивая себе рукой, принялась исследовать подземелье. Искать пришлось минут десять, прежде чем она попала в ту часть подвала, в которой находились тюремные камеры. Все, кроме двух, были пусты. В одной находился какой-то заросший мужик в рванине, который при виде Иры забился в угол камеры, а во второй на присыпанном соломой полу лежала без чувств Амали. Маркиза была в одной рубашке, распахнув которую, Ира увидела, что кто-то во многих местах прижёг ей грудь. На шее у Амали висел железный ошейник с серым камнем, от которого тянуло силой. Посмотрев внутренним зрением, Ира поняла, что причиной беспамятства Амали был камень на ошейнике, который вытягивал из неё магические силы. Каким бы слабым магом ни была маркиза, она без труда залечила бы у себя ожоги. Пришлось пустить в ход заклинание Страшилы, которое она в своё время сочла одним из самых бесполезных. Прикоснувшись к замку, девушка заставила его рассыпаться ржавчиной и сняла ошейник. Потом пришлось влить в Амали часть своих сил, прежде чем маркиза пришла в себя.
– Кто здесь? – безразлично спросила она.
– Я это, я, – ответила Ира, посветив себе в лицо. – Узнала?
– Ваше величество? – удивилась Амали. – Что вы здесь делаете?
– Спасаю одну маркизу. А вот что здесь делаешь ты?
– Когда муж узнал о гибели отца и братьев, он начал обращаться со мной как с собакой. Я имела глупость сказать ему о своей магии, так он пришёл ко мне с сильным магом, надел ошейник и бросил в этот подвал. А теперь каждый вечер приходит и развлекается, прижигая грудь. А я из-за ошейника ничего не могу сделать.
– Я сняла ошейник и добавила тебе сил. Сможешь держаться на ногах?
– Кажется, могу, – пробормотала женщина, опираясь на протянутую Ирой руку, – только недолго. А почему вы за мной пришли?
– За это можешь благодарить одного известного тебе мага.
– Альбер?!
– Альбер. Только не нужно орать на весь подвал. Сейчас я отведу тебя во дворец. Помоешься и немного себя подлечишь, а потом будет и Альбер. Пойдёшь за него замуж? Дворянство я ему дала.
– Я за него и без дворянства пойду!
– Жаль, что я уже пообещала сегодняшний вечер одному человеку. Стоило бы поскучать в вашем подвале, чтобы иметь удовольствие полюбоваться на рожу твоего мужа, когда он обнаружил бы в этой клетке не тебя, а меня. Но я его ещё навещу. Вряд ли он переживёт мой визит, но я заодно попробую выжать из него всё, что он знает о Сандере и о положении в королевстве. А теперь идём.
– Ваше величество! Спасите человека в соседней камере! Он был одним из ближних людей мужа, а пострадал из-за того, что пытался защитить дочь. Дочь и жену у него потом убили, а самого бросили в подвал. Муж после меня издевался над ним. Если он сегодня не обнаружит меня, убьёт его. Это довольно паскудная личность, но он хорошо знает столицу и может быть вам полезным.
– Подожди здесь, – сказала Ира, применила проницаемость и прошла сквозь стену в соседнюю камеру.– Эй, ты! – сказала она узнику, на котором не было живого места. – Говори, хочешь жить? Только быстро, а то я уйду, а вечером маркиз тебя кончит. Ну?
– Я хочу жить, госпожа! – хрипло сказал он.
– Тогда повторяй за мной: «Клянусь служить королеве Рине до самой смерти!» Всё, ты теперь мой. Если нарушишь клятву, убьёшь сам себя. Сейчас я открою врата в свои комнаты, иди туда и жди меня. Я тебя вылечу и скажу, что делать дальше. Понял? Тогда вперёд... Теперь уйдём и мы, – сказала она маркизе, вернувшись в её камеру. – Дай руку, помогу.
– Спасибо, не нужно: мне уже легче.