– Я и не боюсь! – протолкался вперёд юноша лет семнадцати.
– Это хорошо, – улыбнулась Ира. – Мне не нужны трусы. Раз вы задали вопрос о долге, может, ответите, в чём заключается первый завет Ашуга?
– А что там непонятного? – удивился жрец. – Доблесть воина...
– Вам сказали, почему вы здесь? – перебила его Ира. – Видели книги, которые я отдала Амеру? Я взяла их из вашего секретного хранилища, когда захватила храм. Им больше трёхсот лет, но хранили не из-за древности, а из-за того, что это, наверное, последние книги, в которых заветы Ашуга написаны со слов самого бога. У них очень мало общего с теми книгами, которыми пользуются сейчас. Я обещала Амеру не обнародовать то, что Храм переписал священные тексты в угоду своим интересам, но вы должны знать. Первая заповедь бога гласит, что основной смысл жизни воина – это защита его Родины и всех тех, кто не может защитить себя сам. А доблесть и всё остальное – это только составляющие его мастерства и средства достижения основной цели. И чем вы занимались в храме, служа Ему? Был королевству какой-то толк от вашей службы? Молчите. А у меня страшная нехватка в магах, отчего ваша Родина как раз и страдает. Сейчас я расскажу о том, чего никто из вас не знает. Это уже не секрет, просто до сегодняшнего дня об этом не говорили. Вы знаете, что нам с мужем удалось объединить четыре королевства кайнов из пяти.
– Сардия вышла из состава королевства, – сразу же вставил молодой жрец.
– Не так! – покачала головой Ира. – Я посетила Талиму и отказалась править этим королевством, подарив им так желанную свободу.
– Для чего вы это сделали, ваше величество? – спросил пожилой жрец.
– Сейчас объясню. Из всех королевств кайнов лишь Сардия и Сенгал не были готовы к объединению из-за того, что их население сотни лет воспитывалось королями в духе превосходства над остальными кайнами. Мы лучше других, а зло от чужаков! В благополучной Сардии вы это не выведите из людей за год или два. Они бойкотировали все наши начинания, даже те, которые были явно направлены им во благо. Мы затратили на них много сил и гораздо больше золота, чем собрали в виде налогов. В конце концов, мне это надоело.
– Надо было применить силу! – сказал молодой жрец.
– К кому? К своему народу? – усмехнулась Ира. – Залить Сардию кровью, чтобы поколения спустя моё имя не могли вспоминать без страха? Я сделала проще. В результате герцоги Сардии передрались за трон, перебили друг друга и сожгли столицу. В стране безвластие и беззаконие. Бароны выходят на дорогу грабить купеческие обозы, а сбежавшие из герцогских армий солдаты грабят крестьян. На торговлю с купцами Сардии установлен большой налог, а нашим купцам мы вообще не советуем туда ездить.
– Я думаю, ваше величество, что скоро они прибегут звать вас обратно! – сказал пожилой жрец. – Для них барыши важней всего.
– Уже прибежали, – сказала Ира. – Сегодня привезли петицию от имени своей гильдии и столичного магистрата. Я выпроводила их и заработала покушение на свою жизнь. Один из купцов был под магическим подчинением и бросился на меня с отравленным ножом.
– А вы? – спросил молодой.
– Пришлось взлететь, чтобы он меня не поцарапал. По-другому просто не получалось. Потом я быстро разобралась в том, кто его прислал и почему, и сама его казнила. Ладно, это не относится к делу, просто вы всё равно сегодня услышали бы.
– Так это не слухи? Вы умеете летать? – спросил пожилой.
– Я много чего умею из того, о чём неизвестно большинству моих подданных, – сказала Ира. – Только это просто очень сильная магия, которая не имеет никакого отношения к божественности. Давайте я коротко расскажу остальное. Король Сандер потерял рассудок и связался с выходцами, после чего потерял тело. Выходцы захватили магов во дворце, сбежал только принц. Мне пришлось их перебить, временно взять управление королевством в свои руки и стать сестрой наследнику трона. Из всего перечисленного я с удовольствием сделала только последнее. Теперь об увеличении границ королевства. Хан Урнай признал меня своей богиней и поклялся выполнять мою волю, так что степь фактически включена в королевство. Только вы не сильно об этом болтайте, после сегодняшнего полёта и так прибавится разговоров о моей божественности.