– Я этого не делал! – хрипло сказал барон.
– Я тоже так думаю, – согласилась Ира. – А теперь давайте рассуждать вместе. Допустим, что покушение удалось. Маги допрашивают купца над моим хладным телом и узнают имя заказчика. Как долго после этого прожили бы вы все? Вы знаете не всё о том оружии, которое у нас есть. Есть и такое, которым очень легко издали выжечь дотла ваш замок. Кто-то рассчитывал свалить свою вину на вас. Мне даже подсказали имя одного графа, который возмечтал стать герцогом, а если повезёт, то и королём. Вот я и хочу от вас узнать, об одном человеке мы с вами сейчас думаем или о разных?
Глава 38
– Давайте поговорим у меня, – предложил Жорес. – Этот разговор не для женских ушей.
Они поднялись на второй этаж замка и вошли в небольшую комнату, в которой барон занимался делами.
– Садитесь, где вам удобно, ваше величество, – предложил Жорес. – Стеф сказал вам о графе Расте? Если так, то он ошибся. Юл честолюбив, но не настолько, чтобы подставлять того, с кем дружен с детства. Если бы он на такое решился, то выбрал бы другую кандидатуру. Человеком, который это проделал, может быть только граф Нодер. Он уже в летах, очень богат и влиятелен. Граф оказался умнее многих и сумел почти ничего не потерять в последней войне. Более того, воспользовавшись тем, что хозяева двух соседних баронств не вернулись из похода, он присоединил их имения к своему графству. Семьям погибших было заплачено много золота.
– Оно рано или поздно закончится, – сказала Ира.
– Вы правильно поняли. Но в глазах окрестных дворян он чист, тем более что они от него зависят.
– У него есть маги?
– У графа один сильный маг и тесные связи с купцами, так что кого-то из них он мог использовать.
– А вы чем ему не угодили?
– Не я, а мой покойный брат. Он был очень прямолинеен и терпеть не мог подлость, особенно когда дело касалось женщин. А Нодер и при Малхе не слишком сдерживался. Граф вносил в казну крупные пожертвования, и король закрывал глаза на его проделки. Когда он начал преследовать одну из наших соседок, в семье которой не осталось мужчин, брат не выдержал и вмешался. Ей это не помогло, а граф запомнил и решил отыграться на его семье.
– Ну что же, у меня нет сомнений в том, что вы назвали верную кандидатуру. Прощайте, барон, и знайте, что мне действительно жаль, что ваш брат погиб, но виноватой я себя не считаю. Война убивает людей тысячами разных способов, не считаясь с тем, порядочные они или мерзавцы.
– Подождите, что вы собираетесь делать?
– У меня нет выбора, Жорес. Я не могу судить вашего графа или уподобиться ему и нанести удар исподтишка, а простить не могу и подавно. О покушении уже всем известно, и прощение примут за слабость. Да и где гарантия, что подобное не повторится? Придётся устроить показательную порку. Скоро у вас одним графским замком будет меньше.
– Погибнет много невиновных, – хмуро сказал барон.
– А они всегда гибнут в подобных случаях, – возразила королева, – и это никого не останавливает. Почему должно остановить меня? Вы даже не представляете, сколько таких невиновных погибло бы, если бы у него удалось покушение. Я попрошу вас вспомнить вид на замок графа издалека, чтобы видны были только башни. Снимите амулет, он мешает воспринять картинку.
– Вы действительно думаете, что я сделаю подобную глупость?
– Вы делаете глупость сейчас. Неужели непонятно, что если бы я хотела причинить вред вашей семье, то уже давно это сделала бы? Ладно, кое-что вам покажу. Сейчас вы положите на горло левую руку и слегка сожмёте.
Левая рука барона обхватила горло и сжала.
– Как вы это делаете? – изумлённо спросил Жорес, когда Ира его отпустила.
– Для меня нетрудно продавить защиту любого амулета, – ответила она, – только для ясного восприятия ваших воспоминаний его нужно убрать. Поэтому не валяйте дурака и делайте то, о чём вас просят. Давно бы так. Прощайте, барон. Надеюсь, что вы не сделаете глупость и не побежите к графу предупреждать о грядущем наказании.
*******
В сумерках открытые врата видны издалека, а эти кто-то поставил рядом с остановившимся на ночлег обозом.