– Хорошие люди, – ответил он. – Мне больше других понравился Павел. За весь вечер сказал несколько слов, и все по делу.
– А как зима?
– Не успел почувствовать, но детям перед домом нравилось, так что, может, в ней что-то и есть.
– Ничего, ещё почувствуешь, когда проводим Ольгу с Сергом. Купим лыжи и на полдня пойдём в парк. Жаль, что нет паспортов, можно было бы взять напрокат и не морочить голову с покупкой. А если там есть каток...
– Ты когда собираешься за матерью?
– Завтра, примерно в это же время. Выйду в городском парке, немного пройдусь пешком и возьму такси. Пока доберусь, будет часов шесть вечера, и она должна быть дома.
– Не хочешь, чтобы я пошёл с тобой?
– Мне лучше идти одной.
Всё произошло так, как Ира и запланировала. Она вышла на пустую аллею и быстро пошла к выходу. До стоянки такси надо было идти только один квартал, и на ней были свободные машины, а вот добираться до дома матери пришлось минут сорок. Начало темнеть, когда такси въехало в один из дворов нового микрорайона. Ира расплатилась с водителем, вошла в нужный подъезд и поднялась на второй этаж. Она не стала стучать в дверь, а применила проницаемость и вошла в квартиру. Мать сидела на тахте и, закрыв глаза, тихо раскачивалась из стороны в сторону. Свет она не включила, но девушка увидела и свою фотографию в её руках, и две мокрые дорожки на щеках, и что-то беззвучно шепчущие губы. Вернув телу обычные свойства, Ира бросила на пол шубу, села на тахту и обняла испуганно вздрогнувшую мать.
– Ира! – прошептала она. – Пусть это бред, пусть тебя нет рядом и мне это только чудится! Только, пожалуйста, не уходи, побудь со мной хоть чуточку! Моя жизнь потеряла всякий смысл, я живу по инерции. Сначала я ждала, что, может, ты меня простишь, вернёшься и заберёшь с собой. Потом поняла, что таких ошибок не прощают и я тебе больше не нужна. Я ведь не хотела тебя вынашивать и рожать, это Игорь настоял. Ты росла непоседой и постоянно требовала внимания, а я из-за этого целых пять лет не могла работать и оказалась привязанная к дому. Стоило отвести тебя в садик, как через два-три дня ты заболевала простудой, и твой отец, которому это надоело, настоял на том, чтобы я сидела дома. Помнишь, как я разбила о твою голову посуду? Какая же я была дура и эгоистка! Муж на меня тогда наорал, а ты целую неделю пряталась. Что-то я не то говорю...
– Мама! – Ира прижалась мокрой щекой к щеке матери. – Я могу забрать тебя с собой и жить вместе, но о том, что ты моя мать, будут знать очень немногие. И не из-за того, что я тебя стесняюсь, просто так нужно. Ты согласна?
– Иришка, это действительно ты? – до матери только сейчас дошло, что всё происходящее – это не бред расстроенного воображения, а реальность. – Как ты сюда попала?
– Мы с мужем вчера навестили семью Надежды, и её рассказ о тебе больно обжёг мою совесть. Поэтому я и пришла. А закрытые двери для меня не преграда.
– Постой! – мать потёрла лоб. – Но ведь твоего мужа убили.
– Тот муж был королём, а этого мужчину я люблю, но не могу выйти за него замуж из-за своего положения. Для меня и моих близких он мой муж, а для остальных – любовник. Мама, давай соберём всё, что ты хочешь взять с собой, и уйдём. Ключи от квартиры оставь соседям, потом у них заберут. Бери с собой только самое необходимое, остальное потом купим или сделаем. Тебе помочь?
– Не нужно. Человек обрастает вещами, когда он живёт. Я не жила, а существовала, поэтому соберусь быстро.
Собралась она действительно быстро, уложив за десять минут все вещи в потёртый чемодан.
– Он у меня единственный, – извиняющимся тоном сказала мать, увидев, какой взгляд на него бросила Ира. – Это ещё с места заключения.
– Ладно, до дома послужит, а там выбросим. Я думаю, что делать с твоими ногами.
– А что с ними не так? – осмотрела свои ноги мать.
– С ними всё так, проблема в том, что у нас никто не носит такие короткие юбки. В спальню я тебя проведу, но ни одно моё платье на тебя не налезет. И подруги у меня слишком миниатюрные. У тебя есть трико?
– Нет, только пижама.
– На первый раз сгодится и пижама, а сегодня же вызовем мастера и закажем для тебя платья и брючный костюм. Мама, перекрывай воду и газ, и уходим. Ключи есть кому отдать? Вот и отдашь, а я подожду с вещами на первом этаже. Да не бойся ты, никуда я не денусь. Просто не хочу показываться твоим соседям.
И всё-таки она боялась, что дочь исчезнет так же неожиданно, как и появилась, поэтому спустилась на первый этаж бегом и чуть не упала, зацепившись носком сапога за выщербленную ступеньку.
– Ну куда ты так несёшься? – подхватила её дочь. – Пошли, врата я открыла. Да смелее же.
Слегка подтолкнув в спину оробевшую мать, Ира прошла за ней следом и сказала Нелу, чтобы немедленно покинул спальню.