— Ну, папа! — Клава от нетерпения даже притопнула ногой. — К чему рассказывать то, что мы и без тебя знаем!
— К тому, чтобы вы меня правильно поняли. Вот рассчитаем твою служанку, тогда и топай ногами. Что толку от твоей красоты, Клава, если я не могу найти для тебя достойного жениха? А как его найти, если у твоего отца ничего не осталось, кроме семейного искусства, но которое в этом королевстве с каждым годом все меньше спрос? Ладно, не сверкай глазами, сейчас расскажу и новости. За летний сезон в Тессоне, оказывается, много чего изменилось. Я слышал краем уха, что у Аниша все‑таки появился кто‑то из мастеров, а сейчас узнал подробности. К нему, поверив обещаниям, заявилась Райна Албени со своей воспитанницей.
— Это дочь маркиза Афрем? — спросила жена. — Но ведь все их семейство погибло.
— Выходит, не все. Где‑то она скрывалась полсотни лет и теперь явила себя двору.
— Подожди, Лар, как же так? — жена была в недоумении. — Ведь она тогда была совсем молоденькой. Кто же тогда воспитал из нее мастера?
— Этого я тебе сказать не могу, сам не знаю. Но она не только сама стала мастером, но и сделала мастера из молоденькой графини, бежавшей из Ливены, которую потом удочерила. Когда они прибыли ко двору, девчонке еще не было шестнадцати лет.
— В шестнадцать лет мастер? — не поверил Олин. — Ты ничего не путаешь, отец?
— Я только пересказываю то, что сказал купец. А он приехал прямиком из Сагда, откуда выехал полторы декады назад. И он уверен в том, что говорит правду.
— Может быть Райна провела ритуал боли? — предположила жена. — Эти Албени всегда были немного чокнутые.
— Может быть, Сади, — согласился Лар. — Хотя это все равно не объясняет всего. Слушайте дальше. Оба мастера начали помогать королю, что ожидаемо не понравилась жрецам Ашуга. Они подослали убийцу магов, который прервал жизнь Райны. А дальше было следующее. Выяснилось, что эта Рина — так зовут приемную дочь маркизы — дружит со Зверем.
— Я же сказала, что чокнутые, — фыркнула Сади. — И Райна, и ее дочь, пусть даже и приемная. Разве можно связываться со Зверем?
— Не перебивай, а то я вам до вечера не расскажу. Так вот эта Рина вместе со своим Зверем вломилась в главный Храм и казнила магистра и Верховного жреца. Ну и попутно перебила с полсотни жрецов рангом пониже. Естественно, они побежали к королю, а тот стал на сторону своего мастера и запретил им сводить с ней счеты. И, согласно завещанию, Райны признал ее титул маркизы.
— Маркизат не вернул? — спросила Сади.
— Не вернул. Не станет он сейчас ссориться с новыми владельцами имений. Жрецы не были бы жрецами, если бы послушали короля и угомонились. Они подстерегли на рынке и убили слугу Рины.
— Мелкая пакость, — выразила свое отношение к сделанному Клава.
— Это для тебя она мелкая, — не согласился отец, — а Рина, видимо, думала иначе. Она пришла в Храм одна и выгнала из него вообще всех жрецов.
— И как же она это проделала? — скептически усмехнулся Олин.
— Когда она туда зашла, перед этим хорошенько напугав горожан, жрецы ничего не могли с ней сделать. Магия на нее не действовала, а оружие проходило сквозь тело, не причиняя вреда.
— Похоже на сказку.
— Об этом потом рассказали те жрецы, которые в результате последующих событий порвали с Храмом. Потом она что‑то там разбила, и все жрецы чуть не сдохли от вони. Даже сейчас, когда там наглухо закрыты двери, горожане стараются лишний раз не ходить по площади, а цены на стоящие неподалеку дома упали вдвое.
— А как же она сама? — спросила Клава.
— По словам жрецов, сама она вони не чувствовала.
— Здорово! — сказал Олин. — Я бы на ее месте первым делом почистил храмовую сокровищницу.
— Многие думают, что она именно так и сделала. Выгнанные жрецы направились с жалобой к королю, и он им дал денег на первое время и обещал разобраться.
— Зря он тратился, — заметила Сади. — У них и вне Храма денег достаточно. Что было дальше?
— А дальше жрецы чуть было не передрались между собой. Высшие решили ночью напасть на особняк мастера и ее убить, а большинство младших заявило, что с них довольно, и они уходят. В результате к дому Рины пришло полторы сотни жрецов. Жители окрестных домов слышали ночью какой‑то грохот, а утром стража из особняка Рины на телегах начала вывозить тела. Как выяснилось позже, ни один жрец оттуда живым не ушел.