Едва Мар переступил порог королевской гостиной, как его вынесло обратно, и в дверях появился взволнованный Аниш.
— Я думал, что у меня уже галлюцинации, — сказал он, поедая ее глазами. — Повсюду слышится твой голос, твои шаги, дыхание… Мар, марш отсюда! Теперь нам никто не помешает поговорить. Давай зайдем в гостиную, тогда уж точно никто мешать не будет. Ты, наверное, как всегда, ко мне по делу? Пусть так! Только прошу, не убегай так быстро! Дай хоть на тебя посмотреть. Наконец‑то ты надела настоящий женский наряд. Когда я тебя такую вижу, у меня кружится голова!
У него кружилась голова от ее вида, а у нее от его горячечных слов, обжигающего дыхания, от самой его близости и от умоляющего взгляда его глаз. Да что же это такое?
— Я не знаю, что делать, — продолжал Аниш. — Ты ушла и больше не хочешь появляться. Наверное, я тебя оскорбил тем поцелуем? Может быть, тебе было неприятно?
— Дело не в этом, — ответила она, с удивлением замечая, что голос дрожит. — У меня много дел и большие планы, а женитьба и положение королевы не позволит это осуществить.
— И только это? — его лицо озарила радость. — Ты можешь совмещать обязанности королевы и свою работу. Да и обязанности будут лишь те, которые ты сама для себя установишь! А вот возможностей, наоборот, будет намного больше! Рина, любовь моя, позволь мне поцеловать тебя еще хоть раз!
К своему удивлению она сама потянулась к нему губами, к которым он прильнул, как в прошлый раз, так, как она мечтала во сне…
За первым поцелуем последовал другой, потом еще… Аниш подхватил ее на руки, уже почти ничего не соображающую, и понес в спальню. Как они торопливо освобождались от одежды, она не запомнила, а то, что было дальше, запомнилось только фрагментами в паузах между взрывами наслаждения, до которых ее несколько раз доводил Аниш.
— Я тебя сегодня никуда не пущу! — сказал счастливый король. — Дела подождут. А завтра же объявим и нашей свадьбе, и через пару дней ее отпразднуем.
— Ага, — сказала она. — У меня в спальне на кровати лежит вот такая ящерица, которую нужно скоро кормить. А не покормлю вовремя, она и сюда заявиться. Ой! Малыш!
Упавший между ней и королем Арус требовательно открыл рот и запищал.
— Это и есть тот самый Зверь, о котором по всему городу ходят слухи? Твои слуги разболтали, что ты откуда‑то притащила яйцо Зверя и будто бы запираешься с ним в одной комнате и высиживаешь. А их заставляешь туда таскать горячий песок, чтобы было теплее.
— Выгоню всех к чертовой матери, — пообещала Ира, — и найму других. Это не Зверь, а специально выведенное для магов существо, которое может собирать и отдавать им силу. С ним я буду в десять раз сильнее. И оно меня любит.
— Ты его, по–моему, тоже! — засмеялся Аниш. — Тискаешь, как родного ребенка. А почему ты не доверяешь кормить его слугам?
— А он берет корм только из моих рук. Давай, я все‑таки схожу его покормлю, а на ночь вернусь.
— Обещаешь?
— Обещаю. Аниш, не надо пока целоваться, а то я не смогу уйти, а Малыш нас всех поколет! Он, знаешь, какой колючий?
— А сколько сопротивлялась!
— Потому, что дура. Канцлер правильно сказал.
— Когда он тебе такое говорил?
— Да был у нас с ним недавно разговор. Он мне все объяснял, как ты меня любишь, и какую я делаю ошибку, мучая тебя и сопротивляясь зову собственной природы.
— А ты сопротивлялась? Ну и зря. А канцлер — это чудесный старик. Он мне вообще за отца был, отец мною не больно‑то интересовался.
Время до свадьбы пролетело незаметно. Все свое время Ирине теперь пришлось делить между женихом, Арусом и всем остальным. Страшила не появлялся и на зов не отвечал, а от всей текучки ее освободили помощники, которым Ира постепенно передавала многие из своих дел. Единственное, чем она сейчас занималась, это учебой самих помощников, делая их день ото дня все сильнее и искуснее. Из замка вышел на связь Март, который передал, что ремонт и вооружение замка полностью закончены и требуется ее присутствие, чтобы принять работу. И что ее, вообще, хотели видеть на Земле по самым разным вопросам. Ира объяснила ему ситуацию и попросила всем передать, чтобы подождали несколько дней.
Сама свадьба запомнилась плохо. Она отсидела в новом парадном платье с королевским гербом полдня в большом трапезном зале, принимая кучу поздравлений от самых разных людей, две трети которых не знала и не запомнила. А потом началась пьянка, и они с Анишом ушли. Народу никто никаких угощений не выставлял, и горожане гуляли в харчевнях и кабаках за свой счет.
А наутро она проснулась уже королевой. Аниш еще спал, а Ира лежала и смотрела на мужчину, который стал ее мужем. Она не могла понять, как так получилось, что совершенно чужой человек, к которому она раньше ничего, кроме сочувствия, не испытывала, мог сразу стать ей родным и близким. Видимо, он что‑то почувствовал, потому что открыл глаза, счастливо улыбнулся и притянул ее к себе. И все мысли на время выдуло из головы.