Вук Ласкович опаздывал. Ага, хрена с два он опаздывал. Задерживался. Формально он уже был на месте, в учебном корпусе же находился. Нужно только было дойти до точки, где была назначена встреча с этими бл#дями, в смысле с его студентами.
Восторженные ушлепки были так счастливы попасть сюда. В целом, в чем-то они были и правы, после практики на планете, где проходило терраформирование, у них появлялась хорошая возможность сделать карьеру. У Вука же такой возможности не было.
Другим преподавателям, связанным с биологией и биоинженерией, путешествие на осваиваемую планету могло сулить некоторые выгоды, но никак не преподавателю физической активности. Ясен ясень, никто из таких преподавателей не хотел преподавать физическую активность на космическом корабле студентам, а потом еще год вести занятия для практикантов, дожидаясь очередного вылета корабля. Романтика? Такая романтика была для дураков, полных.
Все понимали, что такое космическое путешествие – год ты барахтаешься в космосе, находишься в замкнутом пространстве, где видишь в основном четыре стены своей каюты, спортзал, столовую и длинные узкие коридоры, из развлечений компьютерные игры без возможности подключения к сети, книги, анимационные сериалы. На заключение было похоже.
После этого было не лучше - осваиваемая планета не курорт, условия жизни там были суровые, там нужно было не жить, а выживать. А потом снова начиналась эта жуть – год на космическом корабле, чтобы вернуться обратно.
Вук ни за что бы не поехал, но ему грозили жуткими характеристиками в личном деле за аморальное поведение, а согласие на преподавание в космическом корпусе должно было искупить грешки, в смысле плохие поступки. Какие уж там прям были грешки? Все было добровольно и с песней! Вот и получилось, что оргии со студентками считались аморальными ровно до тех пор, пока они не оборачивались выгодой для руководства академии. «Лицемеры ссаные, а не руководство!» - пробормотал себе под нос Вук.
- Господин Ласкович! – окликнул его декан и по совместительству преподаватель морфологии растений. – Вы опаздываете.
- Задерживаюсь, - нагло бросил Вук.
- Ребята дожидаются Вас. Симо заселите первым, ему нехорошо. Светлая голова, нужно беречь студента.
- Все студенты равны, но некоторые равнее? – презрительно усмехнулся Вук.
- Жестоко. Но это так. В прошлый заезд брали только отличников, лучших, но получилось так, что на практике кому-то нужно было работать не только за компьютером, но и физически, в тяжелых условиях, а среди наших выдающихся умников оказались только очень слабые парни. Поэтому в этом году в каждую группу взяли двух-трех крепких парней, пусть не с идеальными результатами в учебе, но с идеальными физическими данными. В Вашей группе это господин Цветкович и господин Мисич, господин Цутия тоже хорошо развит физически. Но он здесь, потому что он иностранец, а мы крепко дружим с JP127. Так вот, с этих студентов должно семь потов сходить на ваших занятиях! Чтобы приехали на практику еще крепче, чем прежде. К остальным же проявите снисхождение.
- То есть, моя задача тупо готовить рабскую силу?
- Ну зачем Вы так, господин Ласкович? Просто у каждого свои задачи.
Декан попрощался и свернул в другой коридор. Вук же, наконец, нашел своих подопечных. При виде его эти мрази мелкие вытянулись по струнке. Смотрели восторженными глазами. Дегенераты!
- Меня зовут Вук Ласкович. Преподаватель физической активности. Ранее преподавал женским группам, но теперь я здесь. Можно звать по имени, неформально. Думаю, вам многие преподаватели позволяют это. Вас девять человек, для вас выделено три каюты. Распределитесь на группы, я разведу вас по камерам, в смысле по каютам, - грубо бросил Вук.
Парни споро сформировали тройки, после чего преподаватель провел перекличку. Ну что же, как он и ожидал, Цветкович, Мисич и Цутия оказались в одной группе. И как он и ожидал, смотрели на него восторженно, их сейчас все восторгало. Решил, что будет весело посмотреть, как они запоют через месяц.
Предраг смотрел на преподавателя с восхищением. Такой молодой, всего на пару лет старше них, а уже преподавал в космическом корпусе. Хотя у преподавателей постарше уже были семьи, понятно было почему не все они рвались преподавать в космосе - не каждый захочет оставлять жену и детей на три года, пусть и ради такого захватывающего космического приключения.