Получив согласие Анны, Фёдор остановил извозчика, и они поехали к центру города. Улицы казались Анне незнакомыми, поняла, куда они приехали, когда увидела Богоявленский собор. Площадь, на которой в настоящем времени стоял памятник вождю пролетариата, здесь называлась Базарной, и казалась очень просторной без монумента.
Вышли они из экипажа у дома, который девушка сразу узнала, поскольку он мало изменился. Этот дом был жилым и в её время, он стоял на берегу реки, был в самом центре города. Анна даже думала, хорошо было бы жить в этом доме, но очень уж он старый.
Сейчас здание было новеньким, без мемориальной таблички, извещавшей, что здесь был доходный дом Швецова Управления путей сообщения. В этом доме, по всей видимости, и происходила встреча любителей современной поэзии.
Часть III. Глава 5
Глава 5
Квартира, в которой проходила встреча любителей современной поэзии, находилась на втором этаже, куда вела крутая лестница. Немного опоздавших гостей встретила хозяйка, неопределённого возраста дама в очках и в тёмном платье баз каких-либо ухищрений в фасоне, типичный «синий чулок». Встретила она их приветливо, конечно, из-за Фёдора, которого знала давно.
Женщина оказалась коллегой Анны, тоже преподавала российскую словесность, но в частной гимназии. Немногочисленными гостями её «салона» были учительница словесности из другой гимназии, две симпатичные и скромно одетые девушки из Учительского института, будущие учительницы начальной школы, и два гимназиста, один из которых был сыном подруги хозяйки дома.
Все собравшиеся с интересом смотрели на Анну, которая отличалась от них не только красивой модной одеждой, но и необычным выражением лица, ведь она родилась и жила в другом веке.
Эта литературная гостиная напомнила Анне литературные вечера, которые она проводила в своём классе. Так же зимними вечерами собирались ученики, приходили несколько учительниц. Все рассаживались на полукругом расставленные стулья, горели свечи в хрустальных подсвечниках, которые принесли из дома. На плазменном экране «горел» виртуальный камин, и мальчик, обучающийся в музыкальной школе, играл на гитаре заученную мелодичную пьесу. Стихи были подобраны Анной заранее, и выучены добросовестными детьми. А стихи дети читали так проникновенно, душевно и искренне, что вызывали у всех ответные тёплые чувства. Никакого актёрства и фальши, выразительному чтению нельзя научить, надо только почувствовать, о чём рассказываешь до глубины души и воспринять как своё.
Собравшиеся в маленькой гостиной люди тоже читали стихи, и тоже от души и искренне. Анна почувствовала себя в родной стихии и прочла стихотворение, мысленно посвятив его Глебу.
Пусть я при встрече с тобою бледнею, -
Как эти встречи грустны!
Тайна одна. Мы бессильны пред нею:
Связь через сны.
Стихи всем собравшимся в литературной гостиной очень понравились. Начали расспрашивать, кто же автор, о Марине Цветаевой они ещё даже не слышали. Анна, повинуясь учительской привычке просвещать непосвященных, приготовилась рассказать о жизни, судьбе и поэзии Марины Цветаевой. Хорошо, что вовремя опомнилась, ведь она начала бы рассказывать о будущем, поэтому замолчала и предоставила возможность высказаться другим.
Гимназисты, краснея и волнуясь, подсматривая в тетрадки, потому что стихотворение длинное, читали строки Гумилёва про капитанов. Эти стихи обо всех «кто дерзает, кто хочет, кто ищет» очень уж им нравились и задевали за живое, как и всех юных мечтателей, грезящих о дальних странах, приключениях и морских сражениях.
За окном начали сгущаться ранние осенние сумерки, и хозяйка квартиры зажгла керосиновую лампу. Стало так уютно от того, что горел огонь в изразцовой печи и юноша-гимназист перебирал струны гитары, подбирая какую-то знакомую мелодию.
Проникновенные поэтические строки переносили присутствующих то в дождливый Петербург, то на берега медлительного Нила, в царство огненного Ра. Эти стихи читал, конечно, Фёдор Золотов, на которого с нескрываемым восхищением смотрели девушки-институтки.