Пройдя через мост, Анна перешла узкую и пустынную в столь раннее время улицу Обруб и начала подниматься по улице Бакунина на Воскресенскую гору. Плоский зеленый купол костёла с небольшой башенкой и крестом, построенного в девятнадцатом веке ссыльными поляками, был виден издалека. Пройдя немного, она увидела все здание с высоким крыльцом, перед которым одиноко маячила мужская фигура.
Вдруг Анна почувствовала, как вокруг все изменилось, даже воздух стал другим, изменилась запахи и звуки. Сама улица стала необычной: и костел и брусчатка и деревянные домики, - всё такое и не такое, как всегда.
Что-то и в ней самой изменилось, непривычно защемило в висках, как будто волосы на затылке стянули в тугую косу. И, несмотря на то, что одежда ощущалась какой-то длинной и громоздкой, походка стала лёгкой. Такой лёгкой, что, если быстрее пойти, то можно оторваться от земли и полететь.
Анна достала из кармана маленькое зеркальце, чтобы проверить, не потекла ли тушь, и с изумлением увидела отражение почти незнакомого лица. Это была она, только более десяти лет назад. Действительно, её светлые волосы заплетены в косу, и одета она в длинное пальто с пелериной, а там, где заканчивались пуговицы этого необычного одеяния, она увидела белый фартук гимназистки. Только сейчас она вспомнила, что в руках нет ни тяжёлой сумки, ни пакета с тетрадями, - всё это осталось в автобусе.
Удивлению девушки не было предела, а осмыслить происходящее уже было некогда – Глеб заметил её и приветливо помахал рукой. Одет он был в какую-то необычную форму. На голове фуражка с непонятной кокардой, а брюки заправлены в чёрные хромовые сапоги.
Почему он так нелепо вырядился, что с ним произошло за это время, стал актёром, участником реконструкций или просто крыша поехала? А, может, это и не он вовсе, - мелькнула страшная мысль. На улице в столь ранний час – ни души, а ей улыбается и машет рукой совершенно не знакомый парень.
Подойдя ближе, она увидела, что это Глеб , только моложе, таким она его не знала. Он поздоровался с ней, обратился на Вы и назвал по имени - отчеству. Это было непривычно, но приятно. И такая у него была искренняя улыбка, что все страхи пропали, и показалось вдруг, что они давно знакомы и были друзьями с незапамятных времен.
Анна уже поняла, что попала в другой мир, в другое время, но страха не было, прежняя жизнь стала казаться ненастоящей, а подлинная начиналась здесь и сейчас.
Глава 3, 4, 5
Глава 3
Глеб больше ничего не сказал, просто пошёл по улице в направлении к Воскресенской церкви. Не раздумывая, Анна пошла рядом с Глебом, ведь в этом мире он был единственным знакомым, а куда здесь идти и что делать, она не знала.
Глеб заговорил, как будто они только вчера расстались. Он сказал, что пригласил Анну, потому что только она может его понять и дать правильный совет в непростой для него ситуации. От того, какое они примут решение, зависят жизни многих его товарищей и хороших знакомых.
Эти слова упали на подготовленную почву: спасать, помогать, быть нужной, - это то, о чём Анна мечтала. В её размеренной жизни, где все время занято работой, а досуг – чтением книг, такого случая не выпадало. Может, кто-то и нуждался в её помощи, но девушка, занятая своими проблемами, этого не замечала.
С первыми шагами по знакомой и незнакомой улице утренний сумрак рассеивался. Небо озарилось солнцем, появились прохожие. С удивлением Анна поняла, что здесь уже осень: под ногами шуршала жёлтая примятая листва, было прохладно, и в воздухе преобладал запах костра. Удивило, что напротив костёла в деревянном двухэтажном здании католической гимназии было жандармское управление.
Девушка смотрела вокруг с любопытством, и слушала, что говорил ей Глеб. Он рассказал, что сегодня в коммерческом училище состоится митинг против царского правительства. Соберется вся революционно настроенная молодёжь: студенты, учащиеся коммерческого и реального училищ, гимназисты, даже гимназистки.
Глеб рассказал, что вчера он случайно узнал от подвыпившего квартиранта, который служит в полиции о полученном приказе полицмейстера. Его указание предписывает, как можно быстрее разгонять все сходки и в случае неповиновения применять оружие.