Странно, но он больше не боялся. Видимо, сказывался шок. Он испытывал ужасные мучения, подвергшись освежеванию таким страшным и болезненным способом. Большая часть кожи на его спине была содрана и разбросана ошметками по всему второму этажу торгового центра. Но, несмотря на это, он испытывал странное чувство умиротворения.
Однако вскоре аномальная безмятежность сменилась тревогой, когда парень, управлявший мотоциклом, затормозил. Стюарта по инерции проволокло еще несколько футов, прежде чем он тоже остановил движение. Мотоциклист опустил подножку, заглушил двигатель и слез с мотоцикла.
Стюарт нахмурился, пытаясь понять, что происходит. Мотоциклист тем временем пробрался сквозь толпу, схватил тощего парня с гривой всклокоченных седых волос за воротник старой грязной дубленки и вытащил его, брыкающегося и кричащего, из скопища соглядатаев. Встряхнув его, он ударил его кулаком в лицо, выбив ему несколько зубов. Парень повалился на пол, но байкер продолжал его избивать, скорчившегося и пытающегося заслониться от ударов. Это еще больше разъярило мотоциклиста, и тот зарядил ему ботинком в лицо, расплющив ему нос каблуком. Из ноздрей хлынула кровь, а изо рта выпало еще несколько зубов.
Стюарт понятия не имел, чем этот парень разозлил мотоциклиста, но это дало ему временную отсрочку, вот только не мог определиться, нужна ли она ему. Боль не отступила даже сейчас, когда он лежал без движения, и трением о пол с него не сдирало кожу. А крюк, засунутый в его задницу, стал еще ощутимее. Словно ему туда пропихнули раскаленную кочергу, и ворочали ею. Волочась за мотоциклом, он словно потерял все чувства, находясь в полном шоке. Теперь же все раны дали о себе знать, словно наверстывая упущенное. Агония нарастала. Стюарт не лелеял надежды на выживание, но сейчас снова был готов молить о пощаде. Боль была адской, и он был готов на все, лишь бы прекратить ее. Но поскольку парень был реалистом, и трезво смотрел на вещи, понимая, что выжить ему не удастся, он начал молить о смерти.
До сегодняшнего дня Стюарт был счастливым парнем, довольным своей жизнью. Он не был сказочно богат и не был любимцем женщин. Всего себя он отдавал каналу на YouTube, созданному вместе с Брэдли. Они не разбогатели, но заработали достаточно денег, чтобы жить безбедно, занимаясь любимым делом. Многие люди - да что там, большинство - никогда и близко не приближались к своей мечте. А он воплощал свою в жизнь изо дня в день. В качестве немаловажного бонуса ему перепадали девушки, которых "забраковал" Брэд. Он заставлял людей смеяться. Он развлекал их. Отвлекал людей от их серой, скучной жизни. И они платили ему своей любовью.
Но теперь это осталось в прошлом. Его мечта умрет вместе с ним. Больше не будет шуток о качестве толчков в зависимости от размера задниц. Шутки были бородатые, и весьма примитивные, но Брэдли смеяться над ними каждый раз. Его лучший друг теперь тоже был мертв, и он горевал о нем, несмотря на то, что тот пытался использовать его в качестве живого щита. В тот момент этот поступок Брэда ранил его, но теперь он мог простить его. Многие люди совершали дерьмовые поступки, когда сталкивались с дерьмовым дерьмом. Но это не перечеркивало их крепкую дружбу.
Я прощаю тебя, чувак. С тобой было весело.
До сегодняшнего дня...
Байкер наконец перестал избивать парня, которого вытащил из толпы. Однако вместо того, чтобы снова сесть на мотоцикл и завести двигатель, он побрел прочь в оцепенении, пробираясь сквозь толпу и пошатываясь, пока не скрылся из виду. Было такое ощущение, что мотоциклист был в каком-то трансе.
Стюарт в страхе ожидал, что кто-нибудь из этих мерзких кусков дерьма займет его место на мотоцикле, но большая часть толпы разбрелась, очевидно, потеряв интерес. Остальные занялись своими делами, не обращая на него ни малейшего внимания. Поначалу он хотел попросить кого-нибудь из них о помощи, но решил не рисковать и не привлекать в себе внимания.
Поскуливая, Стюарт повернул голову и увидел брелок, который все еще болтался в замке зажигания мотоцикла. Мысль забраться на мотоцикл и убраться из этой клоаки, была заманчивой, но потом он вспомнил о своих раздробленных ногах и крюке в заднице. Он не мог даже сесть, не говоря уже о том, чтобы подтянуться, забраться на мотоцикл и давить на педали.
Он так и оставался в полной заднице. Рано или поздно кто-нибудь появится и закончит то, что не закончил психопат-мотоциклист. А пока Стюарту оставалось только лежать и стонать в ожидании конца. Его глаза наполнились слезами, которые он даже не стал вытирать.