Было что-то в его голосе. Клэр не смогла определить значение или понять его происхождение: — Что случилось?
— Ничего. — Он улыбнулся и выпрямился. — Спокойной ночи, миссис Роулингс.
Клэр взяла его за руку и повела за собой в комнату. Когда они оба укрылись мягкой шёлковой простынёй, Клэр прижалась ближе и спросила: — Пожалуйста, расскажи мне, что тебя разбудило, и я знаю, что это были совсем не слабые раскаты грома вдалеке.
— Ты разбудила меня, когда выбралась из нашей постели.
Она устроилась на согнутой в локте руке и посмотрела вниз на мужа. Его кожа стала темнее от нескольких недель на острове. Но именно глаза завладели её вниманием. В них застыл взгляд, который она знала слишком хорошо.
— Отлично. Я разбудила тебя. Прости. Что заставило тебя выйти наружу?
Уголки его губ поползли вверх: — Ты примешь ответ — гром?
Клэр покачала головой: — Нет, не приму. Помнишь наше обещание?
— У меня много всего на уме.
— Много того, чем ты не хочешь делиться?
Тони выдохнул: — Я не хочу рассказывать тебе то, что ты не готова услышать; однако разговоры обо всём всколыхнули воспоминания, о которых я забыл. Иногда я чувствую себя так, будто я разговариваю о другом человеке, — он сделал паузу, — О человеке, которым я больше не горжусь.
Клэр пристроила голову у него на плече и нежно провела пальцами по волосам на его груди. Глаза Тони уставились в одну точку на тёмном потолке, пока его голос рассеяно вещал, переполненный боли. Несмотря на то, что порой признания Тони расстраивали её, в сердце Клэр знала, что ничего такого она не смогла бы сказать, чтобы наказать его ещё больше, чем он уже наказывал себя сам.
Он заговорил медленно, вновь возвращаясь к теме того, что он наблюдал за ней годами. Он объяснил, что поначалу это было сделано для того, чтобы идентифицировать. У него и Кэтрин был список — дети детей. Годами Тони был занят, создавая CSR со своим бизнес партнёром, Джонасом Смитерсом. Дальше его энергия была потрачена на создание и укрепление «Роулингс Индастриз». Он поддерживал вендетту своего деда, ну а Кэтрин делала или проделала большую часть расследования. Он подчеркнул, что не винил её.
— Я никогда не пытался её остановить. Мне никогда не приходило в голову — я имею ввиду — это то, чего хотел мой дед. Он упомянул мне об этом — Кэтрин знала больше о его планах, поэтому я продолжил. — Он подчеркнул, — Я более, чем просто продолжил. У неё никогда бы не получилось нанять персонал, чтобы присматривать за людьми, как ты, или чтобы происходили разные события, если бы я не спонсировал этого всего. Я имел полное представление о том, что я поддерживаю.
Клэр кивнула. Это был её способ поощрить его без прерывания потока его мыслей.
— Ты была другой.
Его рука, обнимающая её за плечо, стала твёрже, подтягивая её тело ближе.
— Ты была первым человеком, который заинтересовал меня лично. Ты была такой молодой. Мне было любопытно, могу ли я влиять на чью-то жизнь без их ведома. Первое, что я сделал — в общем, это не было на самом деле с тобой. Это было…
Тепло внутри Клэр внезапно усилилось; она не смогла больше молчать. Тема, к которой он подвёл, вызывала в ней самые большие волнения. Саймон! Она подняла голову, чтобы встретиться с глазами Тони.
— Это был Саймон, не так ли?
Она постаралась справиться с голосом и дышать ровно.
— Его стажировка в «Роулингс Индастриз» не была случайностью, не так ли?
Тони закрыл глаза и ничего не ответил.
Когда воцарилась тишина, Клэр выдохнула, откинула голову на подушку и уставилась в потолок. Вентилятор гудел лопастями в темноте. Пока она бездумно моргала, лицо Тони оказалось над ней. Она хотела увидеть его глаза и понять спрятанную в них эмоцию, и сейчас он был прямо перед нею. Его осязаемая ярость заполнила их комнату, влажный воздух перестал двигаться, и внезапно стало трудно дышать. Тренировки Клэр говорили ей уйти с этой тонкой линии; однако где-то за три года с тех пор, как её муштра началась, она научила себя не подчиняться. С вызовом она задала вопрос: — Ты собираешься ответить на вопрос?
— Нет.
Его тёплое дыхание омыло её лицо. Она ждала разъяснений. Когда он ничего не добавил, она спросила: — Нет? Ты не собираешься отвечать?
— Нет.
Каждый слог был произнесён сквозь зубы.
— Это не было случайностью.
Гнев, пронизывающий их разговор, испарился, и тогда мышцы Клэр расслабились, а воздух вновь заполнил лёгкие. С его признанием она поняла, что злость, которую она почувствовала, была направлена не на неё или заданный ею вопрос, она была направлена на Тони — он был расстроен.