Обнадёжив Клэр и Тони, Френсис выскользнул из комнаты. Когда Мадлен вошла с соком, Клэр заметила Фила. Он стоял молча, со скрещенными на груди руками, прислонившись к стене, и наблюдал за происходящим. Клэр протянула руку.
— Фил, я тебя не заметила. Пожалуйста, подойди.
Он покорно и пугающе медленно зашагал к ней. За всё время их знакомства она никогда не видела такого выражения на его лице. Это был не гнев — она видела его в гневе, когда он застал Тони в номере отеля. Это была не тревога — она видела её сотни раз, когда они скрывались. Клэр не понимала, что это, но начала успокаивать своего друга. Сжав его руку, она сказала: — Я в порядке, Фил. С ребенком все в порядке. Пожалуйста, не рискуй своей жизнью, чтобы привезти доктора. С нами всё будет хорошо.
Он не ответил, только кивнул. Возможно, ему было неловко от интимности всей ситуации. Он видел её в ночной рубашке и раньше, но сейчас, по понятным причинам, это было другое.
Клэр посмотрела на Тони. Когда их взгляды встретились, он повторил: — Если кто и будет рисковать, это буду я. — Потом опять посмотрел на Клэр. — И не сейчас.
Она выдохнула.
Клэр выпила почти весь приготовленный Мадлен сок, и Тони помог ей встать. Она где-то вычитала, что ходьба может помочь ускорить роды. Первой остановкой была ванная. Ей хотелось быть чистой. Когда она повернулась, чтобы закрыть дверь, вошёл Тони. — Я не оставлю тебя одну. Придётся тебе меня потерпеть.
Клэр улыбнулась. — Спасибо тебе. — Были некоторые вещи, о которых трудно было просить, но, когда их предлагали или требовали, это успокаивало. В этот момент Клэр была благодарна за требовательность своего мужа.
К полудню дождь прекратился, небо начало проясняться, и голубые пятна пронизывали серое небо. К вечеру голубого стало больше, хотя ветер ещё завывал. Был слышен сильный шум разбивающихся волн с белыми барашками в обычно такой спокойной лагуне. Рука в руке, Тони и Клэр шагали вдоль террасы туда и обратно. Клэр не думала, что кто-то ещё спал, но никто не жаловался. На четвёртом или пятом круге ходьбы к ним подошел Фил. — Извините, но Френсис считает, что у нас достаточно времени, чтобы добраться до города и вернуться до темноты.
Клэр с тревогой посмотрела на Тони. Схватки возобновились, однако они не происходили с какой-либо регулярностью. Спасибо, что не болела спина, только напрягалась середина её тела. Клэр не могла послать людей, которых она любила, на опасное дело. Протянув руку, Клэр взяла Фила за руку, — Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Он выпрямился и официальным тоном заявил: — Миссис Роулингс, могу Вас заверить, у меня были куда более опасные задания, чем поездка на катере по Тихому Океану.
Тони кивнул. Когда он начал говорить, Клэр вцепилась в его руку. Оба мужчины увидели, как она закрыла глаза и стала часто выдыхать воздух.
Возможно, между Филом и Тони существовала негласная связь. Оба мужчины хотели помочь, но чувствовали себя беспомощными. Сейчас был шанс для Фила сделать что-нибудь для Клэр.
— Будь осторожен и постарайся побыстрее, — сказал Тони.
Клэр не спорила. Открыв глаза, она увидела, как Фил кивнул и торопливо удалился.
Чуть позже звук мотора пробился сквозь гремящий шум прибоя. Клэр снова взяла Тони за руку. Схватки участились.
Глава 40
- Помнить запрещено, а забыть ужасно — это был тяжёлый путь.
Стефани Мейер, Новолуние
Покидая мужа в четверг утром, Мередит не могла сдержать слез. Он не хотел, чтобы она уходила, но спорить не стал. Он бы не смог прожить в браке со своей подружкой по колледжу десять лет, не понимая ее желаний. Неявка на запланированное собрание была равносильна написанию той первой истории Мередит о Клэр. Это будет ложью и обманом. Очень иронично, учитывая, что её положение, в котором она находилась, отстаивая правду, по факту было обманом.
На парковке Мередит понадобилось несколько секунд, чтобы собраться духом, но собрав волю в кулак, Мередит откинула все мысли о муже и детях и сконцентрировалась на Клэр. Встреча будет недолгой; как только Эмили увидит её, всё кончится. Единственной надеждой было, что её выпустят под залог. Ей было невдомёк, что муж провёл всё утро, рассматривая все их средства и возможности, в ожидании подобного звонка. Она жалела, что не рассказала всем о прогрессе в состоянии Клэр. Она обещала Клэр молчать и не могла опять её подвести.
Направляясь в конференц-зал на первом этаже докторского корпуса, она с сожалением подумала о мисс Бали. Вчера у той практически голова кружилась от восторга, настолько необычна была ситуация, когда столь незначительный работник, как помощница по питанию, была признана за вклад в уход за пациентом. И то, что доктор и семья пациентки возжелали поговорить с подчинённой мисс Бали, было самым большим признанием её работы за двадцать лет. Перед тем, как Мередит вчера пойти к Клэр, мисс Бали всё говорила и говорила о том, как долгие годы их труд недооценивали. Мередит предполагала, что именно благодаря предстоящему собранию она отделалась устным выговором за позднее возвращение Клэр с прогулки и надеялась, что мисс Бали не накажут за то, что она наняла сотрудника с фальшивыми документами.