— Я сделала это? — спросила она, встретившись взглядом с его усталыми глазами. Мягкий цвет шоколада притягивал её.
— Да, миссис Роулингс, Вы это сделали. — Он наклонился, и их губы встретились. Смотря с любовью в её глаза, он добавил, — Вы проделали превосходную работу.
Клэр приподнялась и села под бочок к своей семье. На сгибе её правой руки были такие знакомые следы от уколов. Решив игнорировать болезненные ощущения, она сконцентрировалась на семье. Несмотря на очевидную усталость Тони, она видела гордость в его глазах. Тони снова коснулся губами ее губ, прежде чем положить ребенка ей на руки. — Могу я представить нашу дочь?
Сердце Клэр растаяло.
— Девочка, М-Мадлен была права.
Покачав головой, Тони ответил.
— Думаю больше не стоит в ней сомневаться.
— Мы не выбрали имя для девочки, — проговорила Клэр, осторожно разворачивая одеяло, открывая подарок, который она носила в течение девяти месяцев.
— У неё есть имя.
Клэр подняла голову.
— Да?
— На островах есть поверье, что нельзя вступать в следующий день без имени. Надеюсь, ты не возражаешь. Я не хотел рисковать, чтобы не накликать несчастья на нашу дочь.
Клэр пыталась осознать, что у неё есть дочь, которая уже имеет имя.
— Ракель? — К этому имени он постоянно возвращался в их спорах.
— Нет, я хотел, чтобы имя объединяло наши семьи, чтобы оно говорило, что вендетта закончена.
Клэр не знала, что и сказать. Слова были сказаны так эмоционально, что она и не помнила, слышала ли когда-нибудь такое от Тони. — Какое? Что за имя ты выбрал?
— Николь. — Глаза Тони молили о понимании.
Губы Клэр раскрылись, а глаза засияли. Игра закончена. Больше нет места стратегии и манипуляциям, вместо объявления победителя, они сыграли вничью. Имя их дочери было главным призом Клэр. Сердце её наполнилось гордостью. В этот момент она поняла, что это был способ Тони сказать их дочери, что она и Николс, и Роулингс. — О, Тони, как мне нравится! Мы никогда даже не говорили об этом.
Грудь Тони дрогнула, когда он с облегчением выдохнул.
— Николь Кортни Роулингс.
Это было самое прекрасное имя, которое она когда-либо слышала. Когда Николь открыла глаза, и Клэр увидела свой любимый шоколадно-коричневый, она прошептала: — Я хотела твои глаза. Ты хотел девочку. Наши оба желания благословлены.
Ротик Николь повернулся в сторону груди Клэр.
Тони прислонил голову к стене, закрывая глаза. Это были долгие сорок восемь часов. Прежде, чем забыться сном, он промолвил: — Желание, сон, чудо… Что бы это ни было, оно реально.
Глава 42
— Говорят, что время лечит все раны. Я не согласна с этим. Раны остаются. Со временем разум, защищая себя, покрывает их шрамами и боль уменьшается. Но она никогда не уходит совсем.
Роуз Кеннеди
София остановила машину на круглой кирпичной подъездной дорожке перед массивным домом Марии. Она услышала в мобильном голос Дерека: — Хорошего ланча, детка. Дом так хорош, как ты предполагала?
Она разинула рот, когда взглянула на особняк в романском стиле с фасадами из известняка, речного камня и кирпича. Он как будто сошёл с экрана фильма сороковых годов прошлого века.
— Он удивителен. Не могу поверить, что она тут живёт. Неужели в таких домах могут жить люди?
Дерек засмеялся.
— Ну, она работает на Роулингса. Это его дом. По крайней мере был. Никто не знает жив он или нет, но это, наверно, не подходящая тема для беседы за ланчем.
— Постараюсь не забыть — держаться в разговоре подальше от темы пропавших работодателей. Как ты сказал, она назначена управляющей его поместьем?
— Да, я нашёл информацию, что она там долгое время работала и пользовалась полным доверием…
София прервала его: — Эй, милый, передняя дверь открывается. Мне пора выходить из машины. Позвоню на обратном пути.
Она успела услышать, как он сказал, что любит её, прежде чем заглушить двигатель, и Bluetooth связь разъединилась.
— Я тебя тоже люблю, — сказала она в тёплый воздух салона. Контраст с холодным февральским воздухом снаружи был разителен. София поправила пальто и перчатки и поспешила к большим дверям, пряча лицо от падающих снежинок.
Когда её ботинки ступили на мраморный пол, джентльмен, стоявший внутри, кивнул. Глянув вниз, София заметила следы снега и лужи от своих ботинок.
— Мисс София?
— Да, здравствуйте, — смущенно сказала София и протянула руку.
Джентльмен опять кивнул и сказал: — Мисс Лондон Вас ожидает. Могу я взять Ваше пальто?
София отчаянно старалась не таращиться на окружающую обстановку, снимая пальто и перчатки и передавая их дворецкому — м-м-м… или слуге? Она не знала кто это, однако очевидно, что он не пожимал руки.