Она потянулась и погладила его щёку. От её прикосновения его глаза распахнулись, обнажив карий шторм за веками.
- Клэр, я не хочу потерять этот взгляд. Обещаю, я никогда не потребую его вновь… Я не хочу так. Я хочу того, что у меня есть сегодня. И я страшусь того, что как только все мои признания выйдут на свет – он исчезнет.
- Я уже сказала тебе, что моя любовь не изменится, но ты начал эту историю, и ответь, ты собираешься её закончить?
Её желудок сжимался с каждым словом. Ускорившееся сердцебиение отдавало барабанной дробью в висках.
- Я прошу прощение за то, как повёл себя в Чикаго.
- Тони, ты открыл эту дверь; мне нужен конец истории. Ты знаешь, как погиб Саймон?
Она почувствовала, как его тело окаменело, когда он произнёс: - Знаю.
Его слова вылетели быстро, как будто скорость могла скрыть их смысл.
- Его самолёт был повреждён, но я не знаю, кто это сделал, или как это у них получилось. Это очень сложная система связи, чтобы позволить человеку оплатить гонорар и остаться анонимным.
Воздух вылетел из её лёгких.
- О, Боже… - Она толкнула его в плечи. - Пожалуйста, встань. Мне нечем дышать.
- Открой глаза.
Клэр покачала головой.
- Клэр. - Его тон теперь смягчился, - Пожалуйста, открой глаза.
Медленно изумрудно-зелёный встретился с печально карими глазами, когда Тони предложил, - Я могу позвонить Роучу. Я могу исчезнуть до полудня.
Она покачала головой напротив подушки.
- Прекрати! Прекрати угрожать мне, что исчезнешь каждый раз, когда я расстроена. Я имею право расстраиваться!
Тони откинулся на подушку: - Я не угрожаю – я предлагаю.
Какое-то время они лежали в тишине, оба уставившись в потолок. Только звук их дыхания и раскат грома, становившийся всё громче и громче, отдавался в их ушах. В конце концов, Клэр произнесла, - Я так сильно хотела, чтобы это было неправдой. Я хотела, чтобы ты был невиновен. Я пыталась винить Кэтрин, но… - Клэр потянулась к его руке, их пальцы переплелись, - думаю, я знала это уже довольно давно.
- Когда ФБР допрашивало меня, они намекали на другие преступления. Полагаю, они знают. Я не уверен, могут ли они на самом деле проследить его до меня, но я полагаю, что они, по крайней мере, подозревают. Клэр, я собираюсь признаться.
Её глаза широко распахнулись. Печаль по поводу Саймона уменьшилась в размерах в сравнении с внезапной паникой за Тони.
- Нет, ты не можешь! Они арестуют тебя – ты мне нужен.
- Может, я смогу заключить сделку. Я расскажу им всё о Кэтрин.
Глаза Клэр заволокло слезами. Когда она обняла мужчину, которого любила, влага пролилась ему на грудь. У них заняло много времени, чтобы достичь этой конечной точки — не самого острова – а точки абсолютной честности. Клэр не хотела потерять её.
Его голос отражался в комнате, доминируя над надвигающимся штормом и вторя грому.
- Ты заслуживаешь быть с мужчиной, который встретился со своим прошлым лицом к лицу. Я не могу жить с угрозой, что однажды ФБР сможет появиться на пороге и арестовать меня при тебе или нашем ребёнке.
- Тони, не совершай ничего поспешно. Давай всё обдумаем, пожалуйста.
Тони усмехнулся: - Сейчас бьюсь об заклад, ты хотела бы, чтобы мы поговорили обо всём до того, как поженились. Тогда ты могла бы сказать нет.
Клэр покачала головой из стороны в сторону.
- Нет, ты ошибаешься. Эту ставку ты продул. Ты выкладываешь карты на стол, а я всё ещё думаю, что именно я в итоге окажусь победителем. Когда я сказала, что люблю тебя – не имеет значение, что ты рассказал мне – я не блефовала.
Утреннее небо зажглось от яркой молнии. После раската грома небо разверзлось, и большие капли дождя упали, брызнув внутрь комнаты. Тони и Клэр вскочили с кровати, их голые ноги спешили от одной открытой двери к другой открытой двери по всему дому. К тому времени, когда весь дом был защищён от шторма, они оба вымокли до нитки. Клэр прошла в ванну, её сорочка прилипла к коже, а капли стекали с промокших волос. Когда она уже была готова стянуть промокшую рубашку, Клэр повернулась к дверному проёму. Тони не издал ни звука. Если бы даже и издал, его бы перекрыл бушующий шторм; тем не менее, она почувствовал его взгляд и знала, что он там.
- Прости меня.
Выражение лица Тони соответствовало его словам. Зайдя в ванную, он выпрямился. Клэр ожидала услышать больше слов сожаления; вместо этого, она услышала, - Я не сожалел даже когда мы были на похоронах. Мне было плохо за тебя – я не ожидал, что ты примешь это так тяжело, и всё же, я пытался подержать, но я признал – твоя печаль расстроила меня.