— Да, это действительно здорово. Я ужасно рада за Стива, — сказала Венера Мария с воодушевлением. — А Чарли знает?
— А он-то тут при чем? Чарли помолвлен с другой…
— И, кажется, уже семь лет… — поддакнула Венера Мария и расхохоталась.
— Ну хорошо, Винни, — сказала Лаки, тормозя у третьего светофора. Сегодня ей положительно не везло! «Когда спешишь, — подумала она, — все светофоры, как назло, включают красный перед самым твоим носом!» — Я буду держать тебя в курсе. Увидимся завтра.
Выключая телефон, Лаки поймала на себе взгляд мужчины, который сидел в остановившемся рядом автомобиле. «О господи, — подумала она, — только бы это был не журналист!» В последнее время журналисты буквально преследовали ее.
Как только на светофоре зажегся зеленый сигнал, Лаки так рванула с места, что покрышки протестующе взвизгнули. Несколько резких поворотов, и она оторвалась от преследователя, если, конечно, это был преследователь..
И она поехала на Лома-Виста, где уже ждал ее Ленни.
— Добрый вечер, — вежливо сказал Дюк.
Солнце уже село, на улице начинало темнеть, и он решил, что имеет право на подобное приветствие.
Клаудия как раз осматривала спальню, когда Пенни заметил незнакомца — молодого белого мужчину с румяным кукольным личиком. Но первым бросилось ему в глаза не лицо, а пистолет в его руке.
— Пора бы уже научиться запирать входную дверь, — мягко сказал Дюк. — Лос-Анджелес буквально кишит всякими подонками.
Ленни как зачарованный смотрел на ствол пистолета, и в его памяти оживали все подробности того кошмарного вечера, когда была убита Мэри Лу.
— Только не стреляйте, — сказал он медленно. — Мы сделаем все, что вы захотите, только не стреляйте!
У меня есть часы, несколько сот долларов и кредитная карточка. Кроме того, вы можете взять мою машину — она стоит на улице.
— Люблю благоразумных мужчин, — приветливо сказал Дюк. — А сейчас я хочу, чтобы вы оба оставались благоразумными и разделись.
— Что? — переспросил Ленни.
— Сначала ты бросишь сюда часы и бумажник, а потом снимешь штаны и все остальное, — раздельно сказал Дюк, наслаждаясь каждым мгновением.
Клаудия оцепенела от страха и только смотрела на Ленни большими, темными глазами, ища защиты.
«О господи!.. — в отчаянии подумал Ленни. — Что делать? Всего несколько месяцев прошло с тех пор, как меня чуть не убили, и вот опять!.. Проклятье! Нет, отныне я всегда буду носить с собой пистолет и стрелять в каждого, кто только посмеет угрожать мне. Как это сделала бы Лаки…»
При мысли о Лаки у него внутри все похолодело.
Она должна была скоро приехать. Что будет, если и она наткнется на этого бандита?
— Послушайте, — поспешно сказал Ленни, бросая грабителю бумажник и часы, — забирайте все и уходите. Сейчас сюда приедут и…
— Вот как? — небрежно ответил Дюк. — По-моему, ты блефуешь, Ленни Голден. Раздевайся, пока я не пристрелил ее… — И он указал стволом пистолета на Клаудию.
— Сними платье, Клаудия, — глухо сказал Ленни, развязывая галстук и снимая рубашку. «Откуда этот парень знает мое имя?» — мелькнуло у него в голове.
— Ч-что? — На лице Клаудии отразилось недоумение.
— Раздевайся, — повторил Ленни. — Он хочет забрать нашу одежду, чтобы мы не могли выбраться из дома и позвать на помощь.
— Вот именно, — кивнул Дюк. — Я рад, что ты меня понял. Многие не понимают, и тогда… Пиф-паф! — Он рассмеялся.
Клаудия начала медленно расстегивать платье.
— Вот так, — с одобрением сказал Дюк, когда платье упало к ее ногам. — Теперь шаг назад.
Клаудия посмотрела на Ленни. Он кивнул, и она выступила из платья.
— Брюки долой! — скомандовал Дюк, поворачиваясь к Ленни.
— Ты получил то, за чем пришел, — ответил он, ненавидя грабителя всеми силами души. Если бы Ленни мог, он бы задушил его голыми руками. — Уходи. Нет никакой необходимости унижать нас еще больше.
— Да ты храбрец! — заметил Дюк. — Только вот «пушки» у тебя нет. Что ж, мужчина без «пушки», я и вправду восхищен… Только разговаривай со мной повежливее, приятель, — здесь командую я, понял?
Ленни кивнул.
— Вот и отлично. А теперь снимай брюки и скажи ей, чтобы вытряхивалась из своего белья.
— Делай, как он сказал, Клаудия, — проговорил Ленни напряженным голосом.
— Но, Ленни… — начала она.
— Делай, что он говорит, — повторил Ленни, вспоминая, что те же слова он сказал и Мэри Лу. Но ее это не спасло. — Быстрее, Клаудия…
Она расстегнула лифчик, освобождая полные, крепкие груди.
Дюк облизнулся.
— Замечательные сиськи, — сказал он и причмокнул. — Натуральные? Без всякого там силикона?
Клаудия прикрыла груди руками.
— А теперь трусы, — приказал Дюк.
— Ленни! — взмолилась Клаудия. — Почему он делает это с нами? Почему?!
— Потому что я так хочу, — ухмыльнулся Дюк. — А теперь поторопись…
Всхлипывая, Клаудия сняла трусики и стояла теперь совершенно обнаженная.
— Видишь вон ту кровать? — спросил Дюк; — Сними простыни, разорви на полосы и свяжи своего дружка.
— Слушай, ты, — вмешался Ленни, — возьми деньги, часы и уматывай поскорее, если не хочешь, чтобы тебя схватили. Сейчас сюда приедут мои друзья!
— Ой, как страшно! Ой, напугал! — насмешливо фыркнул Дюк. — Я тебе не верю, красавчик.
Клаудия, глотая слезы, разорвала простыню и, следуя указаниям Дюка, крепко связала Ленни полосками ткани. Когда с этим было покончено, Дюк велел ему встать и привязал за руки к низкой потолочной балке, так сильно натянув импровизированную веревку, что Ленни едва доставал ногами до пола.
Пока Дюк возился с веревками, Клаудия предприняла слабую попытку напасть на него, но он сильно оттолкнул ее.
— Сядь на кровать и не двигайся, иначе я убью твоего дружка! — резко сказал он.
Клаудия в страхе подчинилась.
Убедившись, что Ленни надежно связан и не сможет освободиться, Дюк повернулся к Клаудии. Без одежды она была еще привлекательнее, и он решил, что не будет спешить, а насладится ею как следует.
Оглядевшись по сторонам, Дюк увидел встроенную в стену музыкальную систему. Включив ее, он настроился на волну, которая передавала классическую музыку, и прибавил громкость.
— Вивальди, — уверенно определил он, садясь в кресло. — А теперь потанцуй для меня, — приказал он Клаудии.
Клаудия встала с кровати и начала медленно двигаться. У нее были длинные ноги, тонкая талия, пышная грудь, и вся она была такой соблазнительно о'круглой, что Дюк почувствовал, как у него потекли слюнки. Девчонка была как раз в его вкусе — не какая-нибудь драная кошка, у которой все ребра видны, а самый что ни на есть идеал женственности и красоты.
При мысли о том, что он с ней сделает, Дюк начал возбуждаться.
Ленни тоже смотрел на Клаудию. Иного выбора у него все равно не было, разве что вовсе закрыть глаза, но это было бы трусостью. Он должен пройти и через это.
— Я думал, ты женат, — заметил Дюк, бросив в его сторону быстрый взгляд. — Это, наверное, твоя любовница? Скажи, хороша она в постели? Быстро ли она кончает? Расскажи мне все подробно, потому что я собираюсь ее трахнуть. А ты будешь на это смотреть.
— Ублюдок! — прошипел Ленни. — Психованный больной ублюдок!
— Благодарю. — Дюк издевательски поклонился. — Будем считать, что это комплимент. А теперь давай рассказывай…
Глава 44
Добравшись до Лома-Виста, Лаки припарковала машину позади автомобиля Ленни. Она была рада, что он приехал сюда первым. Лаки рассчитывала, что они осмотрят дом, она его, конечно, одобрит, а потом они вместе поедут в какой-нибудь ресторан, чтобы поговорить без помех. В том, что все решится благополучно, Лаки теперь не сомневалась. Жизнь без Ленни была бессмысленной и пустой — она поняла это очень быстро и теперь хотела только одного: быть с ним. И теперь она знала, что точно так же думает и Ленни.
Выбравшись из машины, Лаки подошла к входной двери, но та оказалась заперта. Звонок, на который она несколько раз нажала, похоже, не работал, и Лаки, вполголоса выругавшись, пошла в обход, надеясь проникнуть в дом через черный ход.