– Черт, мы стоим в самом неудобном месте! – прошипел Рогов. – Все боссы мимо нас идут.
– Нам-то по фигу, – вполголоса ответил Виктор, – а вот батьку надо бы в сторону отойти.
– Куда он отойдет от центрального входа?
Приятели украдкой посмотрели на начальника курса. Трушину стояние на свежем воздухе не пошло на пользу. Наоборот, он еще больше раскраснелся и стал выглядеть как карикатурный алкоголик из журнала «Крокодил». К запаху перегара на морозе у Трушина добавился густой пар изо рта. Чтобы не выглядеть, как Змей Горыныч, испускающий облако дыма при каждом выдохе, Трушин стал дышать в воротник шинели, но это мало помогало.
С первыми лучами солнца к магазину примчался автомобиль ГАИ с включенными проблесковыми маячками. За ним – правительственная «Чайка». Трушин при виде «Чайки» выпрямился, как гвоздь, и замер. Глядя на него, вытянулись по стойке «смирно» и его подчиненные. Всем стало не до шуток – на место происшествия прибыла высшая партийная власть. Милицейский полковник беспомощно оглянулся на вход в магазин, где исчезли начальник краевой милиции и прокуроры. Встречать высоких гостей предстояло ему.
Из «Чайки» проворно выскочил молодой человек в кожаной куртке, открыл заднюю дверцу автомобиля. Неспешно, как истинный хозяин края, появился представительный мужчина в пальто с каракулевым воротником и в шапке-пирожке. Слегка прищурившись, он осмотрел площадь перед магазином, скользнул взглядом по оцеплению. Милицейский полковник набрался духу и строевым шагом пошел к «Чайке».
– Товарищ первый секретарь Хабаровского краевого комитета КПСС! – по-уставному обратился он. – Личный состав хабаровского гарнизона милиции и приданных сил высшей школы милиции работает по охране места происшествия и обеспечению общественного порядка. Докладывал полковник милиции Веремейчик.
Алексей Клементьевич Черный чем-то был похож на молодого Брежнева: такой же красавец-мужчина в расцвете лет, бровастый, с правильным овалом лица, строгим решительным взглядом. Следуя духу демократических реформ, он пожал руку полковнику, задал уточняющие вопросы. От Воронова первый секретарь крайкома стоял в паре метров, от Трушина – на шаг дальше. Виктор физически ощутил, как у начальника курса под шинелью сердце замедлило ход и стадо биться через раз. Встреться он с первым секретарем взглядом, и карьера в МВД для Трушина могла бы бесславно закончиться. Стоит хозяину Хабаровска повести бровями, как подполковника Трушина тут же уволят из милиции за появление на боевом задании в нетрезвом виде.
«Как бы его прикрыть? – подумал Воронов. – Если Черный подойдет к Трушину, то почувствует запах перегара, и тогда батьку несдобровать!»
Виктор попробовал пошевелиться и с удивлением почувствовал, что у него самого ноги приросли к земле, он не может даже шага сделать. Первый секретарь крайкома своим появлением вверг в ступор все оцепление, лишил и начальника курса, и слушателей способности передвигаться, осмысленно думать и говорить. Высший партийный руководитель был не только человеком из плоти и крови, он был еще и жерновами – жестокими, неумолимыми, способными мимоходом сломать судьбу и превратить любого подданного в пыль, в прах – в ничто.
«Если он выгонит меня, – промелькнула мысль у Воронова, – я потеряю год, а Трушин лишится всего. Вся его жизнь полетит под откос. Вот так можно на ровном месте раскрутиться! Один необдуманный поступок, даже не поступок, а стечение обстоятельств, может стать роковым. Кто бы знал, что ночью магазин загорится, и начальник школы пошлет в оцепление именно наш курс, а не параллельный?»
– Пострадавшие есть? – спросил Черный, проходя мимо Воронова.
– Никак нет, товарищ первый секретарь! – бодро отрапортовал полковник. – Всех жильцов еще ночью эвакуировали и разместили в близлежащей школе и детском санатории. Одного человека доставили на «Скорой помощи» в больницу. Он надышался угарным газом. Его жизни в настоящий момент ничего не угрожает.
– У подъездов выставили оцепление? До возвращения жильцов никого в подъезды не впускать.
– Слушаюсь!
Не посмотрев на Трушина, первый секретарь крайкома пошел в магазин, чтобы лично убедиться, какие убытки нанес пожар. Его не остановили ни лужи грязи, ни копоть и сажа на стенах, ни удушливый запах гари, не желающий выветриваться из помещения.
Трушин достал что-то из кармана и сунул в рот. Наверное, бутончик пряной гвоздики, якобы отбивающий запах алкоголя.