Напряжение в оцеплении спало. Воронов переместил вес тела на другую ногу, Рогов с облегчением выдохнул.
– Будет что детям рассказать! – весело сказал он. – С самим первым секретарем бок о бок стоял.
Трушин строго взглянул на шутника, тот мгновенно замолк. Минут через десять на входе в магазин показались все приехавшие на пожар руководители: прокурор края, начальник УВД, Алексей Клементьевич Черный и их свиты. Выйдя по лужам на сухое место, первый секретарь остановился.
– Разрешите приступать к осмотру места происшествия? – спросил прокурор.
– Успеете с осмотром! – недовольно ответил Черный. – Сейчас перво-наперво надо организовать спасение оставшихся материальных ценностей, а осмотр от вас никуда не убежит. Сколько здесь курсантов?
– Два взвода, – отрапортовал милицейский генерал.
– Взвод оставьте в оцеплении, второй направьте на вынос ценностей из магазина.
Сухо попрощавшись с прокурором и генералом, Черный уехал. Начальник краевой милиции дал команду полковнику и тоже укатил. Прокурор края – следом. Обстановка у магазина разрядилась. Оставшегося за старшего милицейского полковника никто не боялся. По сравнению с грозным Алексеем Клементьевичем он был фигурой мелкой, хоть и с тремя большими звездами на погонах. Все познается в сравнении! Где-то полковник – царь и бог, а где-то – пацан на побегушках, организатор хозяйственных работ.
Трушин, выплюнув спасительную гвоздичку, пошел к полковнику. Рогов расслабился, повернулся к Виктору.
– Как они нас только сегодня не обзывали! – сказал он. – Один – школой милиции назвал, второй – курсантами. Хорошо хоть в солдаты не записал.
– Им плевать, кто мы: курсанты или слушатели, – ответил Виктор. – На погонах буква «К» есть – значит, курсанты. Ты, кстати, заметил, как точно генерал посчитал количество человек в оцеплении? Нас действительно всего два взвода, две группы.
Трушин подозвал к себе Скляренко, командира группы, в которой учился Воронов. Отдал распоряжение и с удовольствием закурил. За все время пребывания у магазина первого секретаря крайкома партии он и подумать не мог о сигарете и теперь решил наверстать упущенное.
– Идем в магазин! – скомандовал Скляренко.
– Черт, там же сажа, копоть! Как потом форму в порядок приводить? – спросил кто-то.
Вопрос был серьезный. Шинель выдавалась на весь срок обучения. Привести ее в негодность означало лишиться зимней формы одежды. В шинели с несмываемыми пятнами ни в город, ни на построение не пойдешь.
Трушин, услышав спор, осмотрел площадь и решил, что шинели можно сложить в один из автобусов, доставивших слушателей к месту происшествия.
– Я присмотрю за шинелями! – вызвался в караул Ашот. – Мало ли что…
Рогов хотел возмутиться, но не успел.
– Хватит болтать! – прикрикнул на слушателей начальник курса. – К обеду магазин чтобы был расчищен! Надарян, за шинелями я присмотрю, а ты давай иди вместе со всеми в торговый зал.
10
Изнутри торговый зал магазина казался огромным. Восходящее солнце еще не набрало силу, не смогло пробиться сквозь плотные тучи и осветить магазин. От центрального входа конец торгового зала не просматривался, тонул в полумраке. Слушатели, получившие команду выносить материальные ценности, не знали, за что хвататься. В торговых рядах царил хаос: вся одежда на вешалках была залита водой. На полу стояли лужи, кругом – битое стекло, воздух пропитан запахом гари, с потолка свисали куски отслоившейся штукатурки. В отделе головных уборов стеллажи лежали на полу, шапки были разбросаны, словно пожарные бросались ими, как школьники снежками. Кто-то из слушателей прошелся по залу, нашел очаг возгорания.
– Там электрощиток вдребезги разнесло. От него загорелся отдел с шубами.
– Скляр! – позвал Рогов. – С чего начнем? И как эти мокрые тряпки выносить?
Командир взвода не рискнул проявить инициативу и побежал за разъяснениями к Трушину. Вернулся он с двумя женщинами. Первая – полная крашеная блондинка лет 40, одетая в телогрейку. Второй Воронов дал бы лет 50. В руках она держала стопку обычных белых простыней. Крашеная блондинка остановилась у центрального входа и властным голосом приказала:
– Товарищи курсанты, все ко мне! Сейчас пройдем на склад, в котором ценности не должны были пострадать от огня и дыма. Софья Андреевна раздаст вам простыни. Я буду указывать, что на них грузить. В зависимости от состояния товара вы будете загружать его в автомобиль, на который укажет Павел Сергеевич. Он остался на улице – будет принимать товар.