– Марина, пока мама не пришла, давай перейдем к вопросам, которые меня интересуют. Как тебе удалось заставить девочку Лену плясать под твою дудку? Неужели она соблазнилась на деньги Долматова? Ни за что не поверю.
– Тебя правда Виктор зовут? Ты на самом деле из школы? – Воронов показал удостоверение. – Тогда слушай…
28
– За год до этих событий, – начала Нечаева, – в августе 1978 года, к нам в гости приехала тетка, сестра матери, с сыном. Моему двоюродному брату было 19 лет, осенью его должны были призвать в армию. Брат был высоким, физически развитым юношей, симпатичным, остроумным. Они гостили у нас три недели. Буквально в первые же дни брат познакомился с Леной Дерябиной. Фантастика! Она практически не выходила во двор, от мальчиков держалась в стороне, была замкнутой надменной девочкой, а тут вышла на пять минут, встретилась с братом взглядом и влюбилась на всю жизнь. Лена и брат стали тайно встречаться. Если бы об их отношениях узнали родители, то папа Лены закатил бы такой скандал, что мало никому бы не показалось. Он с младшей дочери пылинки сдувал и искренне считал, что она может общаться только с юношами из их круга, из аристократических семей. Мой брат к отпрыскам сливок общества не относился. Но любовь зла, полюбишь и козла! Лене было на условности наплевать, и она решила пойти до конца и навеки привязать любимого к себе. Недели через две после приезда брата я раньше времени пришла домой, открыла дверь своим ключом и слышу: из маленькой комнаты раздаются характерные звуки. Тебе показать эту комнату?
– Не надо. Я до армии в такой же квартире жил.
– Я еще ничего сообразить толком не успела, бросилась на шум, но открыть не смогла. Дверь оказалась изнутри подпертой стулом. Я крикнула: «Что здесь происходит? Немедленно выходите». Брат отвечает: «Подожди минуту, выйдем». Я села в гостиной напротив двери. Появляются Лена с растрепанными волосами и брат, наспех одетый. Оба раскрасневшиеся, смотрят в пол виновато. Я ничего не стала говорить. Они собрались и ушли: Лена – домой, брат – гулять по городу.
– Коварная сестра молодежи весь кайф обломала!
– Какой кайф? Ты что, дурак? Если бы ее папа узнал, брат бы в тюрьму загремел за изнасилование.
– Ей 14 лет в августе уже исполнилось?
– Какая разница, сколько ей лет было? Он бы все связи подключил и посадил бы брата.
– Верю. После Долматова я во что угодно поверю. Давай дальше.
– Я перестелила кровать, прибралась в комнате и нашла девичьи трусики. Это Лена так спешила, что нижнее белье надеть не успела. Представь: лето, она через весь двор домой без трусов идет. Ну да ладно, это ее проблемы, а я братом занялась. Он пришел вечером, я позвала его на балкон и на ухо говорю: «Ты идиот? Ее отец, если узнает, посадит тебя». Брат заверил, что у них с Леной любовь до гроба, и никто ничего не узнает, если я не проболтаюсь. Я, естественно, никому об этом случае рассказывать не стала. Лена оценила мое молчание, и между нами установились доверительные отношения. Я, в каком-то роде, заменила ей старшую сестру. Лена скрывала от Кати свои похождения, а со мной по секрету делилась всем. Или почти всем. Чужая душа – потемки! О Долматове же она рассказывать не стала.
– Брат, как я понимаю, уехал и о возлюбленной забыл?
– Он ушел в армию, переписывался с Леной какое-то время, потом все заглохло. Время и расстояние любые отношения между мужчиной и женщиной превращают в воспоминания. Для кого-то приятные, для кого-то – не очень. Брат, кстати, посылал письма на наш адрес. Родители Лены про переписку ничего не знали.
– Высказывание про засохшие от времени отношения надо запомнить. Логический ход развития отношений просто безупречен.
– Это закон психологии.
– В мединституте проходили?
– Я с восьмого класса психологией увлеклась, все книги по этой тематике в районной библиотеке перечитала. Где высказывание о времени и расстоянии почерпнула, уже не помню, но поверь, не я его выдумала. Кстати, тебя девушка из армии ждала?
– Нет, слава богу.
– Я ждала, но не дождалась и правильно сделала.
– Что-то подсказывает мне, что ты была в курсе их переписки.
– Конечно! Интересно же, о чем влюбленные пишут. Вскрыть обычный конверт – раз плюнуть. Провел горячим утюгом через влажную тряпку по месту склейки – и читай на здоровье. Обратно запечатывать сложнее, надо ровно столько клея использовать, чтобы он за края не выступал.
– Понятно! Письма, девичьи тайны, помноженные на любовные переживания – к сентябрю 1979 года ты знала Лену Дерябину лучше всех. Трусики, кстати, ей вернула?
– Через пару дней. Дала немного помучиться и вернула.