доказал? Испытуемый закрывает глаза, а исследователь берет две иголки,
разведенные на определенное расстояние, и прикасается ими к коже
испытуемого. Если тот воспринимает два прикосновения, как одно — значит,
расстояние между чувствительными точками больше, чем между иголками.
— Ты хочешь сказать, — недоверчиво произнесла Эвелина, — что если
человека кольнуть в спину или бедро, разведя иголки аж на два дюйма, -
она для наглядности даже показала пальцами примерно такое расстояние, -
то он не поймет, что его укололи в двух разных местах?
— Именно так. Я сам не поверил, пока не убедился на личном опыте.
— Твой учитель колол тебя иголками?
— Не колол — прикасался. Это не больно. И я проделывал то же с ним.
Чем больше испытуемых — тем надежней результат. А знаешь ли ты, что
происходит, когда от холода или страха кожа покрывается мурашками?
— Что?
— Волоски встают дыбом. И это — лишнее доказательство родства
человека и животных. Вздыбленная шерсть лучше сохраняет тепло и выглядит
угрожающе для врага, но, будь человек сотворен по некоему разумному
плану, зачем бы ему, с его практически отсутствующей шерстью, иметь этот
механизм? Да и сами эти редкие волоски, кстати, тоже.
— Знаешь, Дольф, — заявила вдруг Эвьет, глядя куда-то вперед, в
голубую дымку над горизонтом, — возможно, тебе это и все равно, но я
хочу сказать, что еще ни с кем мне не было так интересно, как с тобой.
Ну, разве что с Эриком, но он, конечно, знал гораздо меньше. Вот, -
заключила она тоном почти что обвинительным и требовательно посмотрела
на меня.
Что я мог ей ответить? Что мне тоже интересно с ней, даже несмотря
на то, что она пока знает меньше? Что родство по духу — это не фигура
речи, что в ней я узнаю себя в том же возрасте — жадно впитывавшего
слова учителя, но в то же время не внимавшего ему в слепом благоговении
перед авторитетом, а готового и не боящегося высказывать, а если что — и
отстаивать свое мнение? Что, если бы она отказалась от своих планов,
имеющих слишком мало шансов на успех, мы могли бы не расставаться в
Нуарроте, а… а что? Бездарно и бессмысленно скитаться по пылающей
стране двумя бездомными бродягами?
— Хорошо, это способствует успехам в учебе, — сказал я вслух. -
Итак, повреждения кожи, причиняемые внешними причинами, можно разделить
на механические, или раны, термические, каковые, в свою очередь, делятся
на ожоги и обморожения, и химические, коих суть несколько видов…
Дорога потянулась вдоль неширокой речки, змеившейся справа. Мы
ехали вдоль берега уже, наверное, часа два, продолжая обсуждать
медицинские вопросы, как вдруг Эвьет указала направо: "Смотри! Узнаешь?"
В первый момент, увлеченный своей лекцией, я не понял, почему должен
узнать обгорелые печи, торчавшие на пепелище на том берегу — мало ли мы
таких повидали за последнее время? — но, сопоставив их с хлипким,
почерневшим от времени мостиком через реку, сообразил: это были останки
той самой деревни, где нас чуть не поджарили вместе с отрядом Контрени.
Выходит, мы пересекали мертвую зону, оставшуюся там, где прошла
грифонская армия. Хотя, не окажись мы рядом с пепелищем, мы бы даже не
заметили этого — ширина "полосы смерти", оставленной семитысячным
войском, была совсем небольшой, и, конечно же, здесь, как и по всей
округе, все так же буйно зеленели травы, разноцветными коврами цвели
полевые цветы, завлекая хлопотливо гудевших насекомых, и беззаботно
чирикали птицы. Природе не было никакого дела до человеческой жажды
убийств.
Спустя каких-нибудь четверть часа мы уже увидели деревеньку,
счастливо избежавшую судьбы, которая ждала бы ее, окажись она всего на
полмили западней (или имей у себя церковь, хорошо заметную издали своей
высокой колокольней), а еще часа через три засверкали впереди в золотом
сиянии вечера шпили и флюгера стоявшего на берегу реки города.
Городишко оказался, на самом деле, так себе — немного покрупнее
Пье, но явно меньше Комплена. Толстые стены и круглые пузатые башни
белого камня могли бы внушать уважение, будь они, впридачу к толщине,
еще раза в два повыше. Дорога ныряла прямиком в скругленную поверху арку
ворот, охранявшихся, вопреки обыкновению, одним-единственным стражником
(не исключено, впрочем, что его товарищ, в нарушение правил караульной