поднявшись на гребень земляной волны, мы, скорее всего, сможем увидеть
их покинутую (как я очень надеялся) стоянку. Но, когда мы с очередными
предосторожностями чуть ли не крадучись въехали на перевал, то увидели
нечто иное.
Лес кончился, словно обессилел, взбираясь вверх; с восточной
стороны гребня его уже не было. Перед нами раскинулась широкая долина,
противоположный край которой распадался на отдельные пологие холмы. По
дну долины тянулась дорога — скорее всего, та самая, что вела на север
от Ра-де-Ро. К этой дороге севернее и южнее от нас лепились несколько
довольно крупных селений; судя по дымкам над некоторыми трубами, они
избежали жуткой участи своих западных соседей.
Чего нельзя было сказать о десятках тысяч трупов, устилавших дно
долины прямо перед нами.
— О боже… — только и пробормотала Эвьет, забыв о своем намерении
избавиться от неподобающих атеисту выражений. Сверху это напоминало
грязный, изодранный ковер тошнотворного бледно-розово-желтого цвета.
Большинство трупов были раздеты — лучшую добычу, должно быть, собрали
победители, прочее разобрали крестьяне из окрестных деревень. Теперь
мертвецами занимался третий эшелон мародеров — вороны и стервятники.
Кое-где на фоне бледного человеческого мяса резкими цветными кляксами
выделялись трупы лошадей, но их было немного.
— Сколько же их здесь… — тихо произнесла Эвелина. — Тысяч
пятьдесят, наверное?
— Как минимум шестьдесят, а скорее, еще больше… Кто бы здесь ни
вышел победителем, они явно не хоронили даже своих. Если, конечно, после
такой бойни вообще уместно говорить о победе.
Я окидывал взглядом сцену побоища и окрестности, пытаясь понять,
что здесь произошло. Грифонцы подошли сюда к исходу дня; обычно в таких
случаях враждебные армии становятся лагерем и ждут утра, чтобы начать
сражение. Но нигде с нашей стороны долины я не видел следов грифонского
лагеря. Стало быть, Карл бросил свою армию в битву прямо с марша, едва
перестроив из походного в боевой порядок. Ну, может быть, дав отдохнуть
им самую малость — но на настоящий отдых близящиеся сумерки времени не
оставляли. На такой жест после нелегкого дневного перехода командующий
мог пойти только с отчаяния. И повод для отчаяния у него, очевидно, был
— он понимал, что время работает на Йорлинга. Если бы бой был отложен до
утра, за ночь Лев мог бы получить подкрепление. Надо полагать, ту самую
армию Рануара — не до самого же Нуаррота она отступила! Нет, она,
очевидно, отошла лишь до дороги, разрезающей лес на юге (мы пересекли
эту дорогу незадолго до того, как встретили армию графа — у ее
перекрестка стояла "подозрительная деревня", где нам неудачно
присоветовали трактир), и дальше огибала с юга тот самый лесной массив,
мимо которого грифонцы прошли с севера. Путь Рануара получился длиннее,
и граф не мог опередить Карла и соединиться с основными силами до
подхода противника. Или все-таки мог? Тогда, возможно, первыми атаковали
йорлингисты, чтобы не дать врагу отдохнуть: у них усталыми после
перехода были только рануарцы, а у лангедаргцев — вся армия… Нет,
понял я, еще раз прикинув время и расстояние, никак не мог. У меня не
было карты этих мест, и я не знал, как проходит дорога, по которой шло
южное войско, но в любом случае, с учетом его отхода назад, ему пришлось
огибать лес, а грифонцы шли практически по прямой. М-да, как-то криво
спланировал Ришард свою операцию… подвели шпионы, неверно сообщившие о
положении лангедаргского войска?
Итак, вопреки обыкновению, бой начался вечером, а не утром; об этом
свидетельствовал и тот факт, что такое количество трупов уже успели
обобрать — если бы к утру нынешнего дня сражение не было уже закончено,
а лишь началось бы, у мародеров просто не хватило бы времени. Вместе с
тем, при всех человеческих талантах в этой области, столько народу не
могли перебить за какие-нибудь полчаса — сражение наверняка продолжалось
и в сумерках, и в ночной тьме, где светом факелов и какофонией криков
тщетно пытались заменить дневную ясность. Возможно, сцепившиеся друг с
другом части к этому времени так перемешались, что просто не могли уже
организованно разойтись с наступлением темноты. В итоге получился новый
вариант Бойни-в-тумане, с еще большим числом жертв…
Я тронул каблуками бока коня, направляя его в долину.