– Ладно, искусства у вас нет, но всё остальное?
– Войн давно нет. В тех мирах, обитателям которых не хватило ума вовремя остановиться, давно нет жизни, а в остальных созданы планетарные государства. Вооружённые силы есть, но они только патрулируют границы наших звёздных систем. Скучная и почти бесполезная работа. Войны с соседями очень редки, за последнюю тысячу лет их можно пересчитать по пальцам рук. Глупо на кого-нибудь нападать, если в ответ сожгут и твои миры. Что-то вроде политики есть, но в неё мало кого пускают. Остаётся наука, но она только для избранных. Чтобы ею заниматься, мало желания, нужны способности.
– И ты стал преступником, – сказала Вера. – Не нужно надрываться, нет однообразия и можно пощекотать нервы.
– У нас давно никто не надрывается, – засмеялся он, – а в остальном ты права. Не сказала только о том, что дураку нечего делать в моей профессии. Схватку можно вести не только с помощью оружия, но и мыслью! Думаешь, это так просто? Это у вас я быстро освоился и добился результатов, пробить защиту наших сайтов намного трудней, а таких, как я, вообще мало. Отец приглашал в семейный бизнес, но меня воротит от торговли.
– А что у вас с преступностью? Не одному же тебе скучна обычная работа.
– Есть, но мало. Тяжело совершить преступление и скрыться, а наказания очень суровые. Меня один раз ловили, но вред был только в деньгах, поэтому смог откупиться. Если бы нанёс вред здоровью, со мной не церемонились бы. У нас нет здешнего маразма. Любителей пощекотать нервы много, но для них есть виртуальная реальность. В ней они играют в свои игры. Такие игры есть и здесь, но это только бледное подобие наших развлечений. Наша виртуальность внешне ничем не отличается от действительности, причём играющие не помнят того, что они в игре.
– А если их убьют? – спросила Вера.
– Они выбывают из игры, а некоторые придурки выбывают из жизни. Им так хочется реализма, что снимают предохранители.
– Неужели это нельзя как-то запретить? – удивилась она.
– А зачем? – спросил глюк. – Человек – хозяин своей жизни, как кто-то может за него решать, жить или умереть? А если он выходит из игры только для еды и посещения туалета и настолько глуп, что из-за ерунды рискует жизнью, то кому он нужен? Это сродни вашей наркомании, только от наших придурков нет неприятностей нормальным людям. Я не считаю их родственников. У тебя все вопросы? Раньше ни о чём не спрашивала, а сейчас как прорвало.
– Раньше мне было слишком плохо, а в самом начале я тебя боялась.
– Ладно, время ещё есть, поэтому спрошу я. Объясни, в каких ты отношениях с родственниками. Я смотрел не всю память, и мне трудно их оценить.
– Мне тоже трудно их оценить, – ответила Вера. – Раньше родители любили меня, как с этим сейчас... Я до сих пор не знаю, почему они поменяли отношение к мужу. Пусть Василий с гнильцой, но он всегда хорошо к ним относился и не виноват в проблемах с детьми, сам переживал. В последний приезд не было скандалов, и простились нормально, а потом отец перестал звонить, а мать обо мне вспоминает несколько раз в году по праздникам. И к себе не приглашают, и сами больше не приезжают. Брат раньше тоже любил, но я видела его только один раз после окончания школы, и он был очень недоволен мужем. Надо было мне поехать к ним самой...
– Но ты не поехала, – сказал глюк. – Час езды электричкой или два – автобусом. С учётом дороги до вокзалов потеряла бы полдня. Да, думаю, что ты вряд ли можешь рассчитывать на горячий приём. Они ведь оба на пенсии? Ты предлагала им помочь деньгами? В той памяти, которую я смотрел, ничего такого не было.
– Был разговор с матерью, – смущённо сказала она, – но лет десять назад, когда они были у нас в последний раз. Отец тогда работал, поэтому мать отказалась, а потом были не те отношения и я как-то не подумала...
– У нас есть закон о непочтительном отношении к родителям, – сказал глюк. – Государство обеспечивает стариков, поэтому нет необходимости в какой-то материальной помощи, а вот за неуважение или забвение могут наказать. У вас монголы в древности тоже наказывали, по-моему, переламыванием спины. Жаль, что оказались забытыми такие хорошие обычаи.
– Ладно, пусть я свинья! – рассердилась Вера. – У нас поначалу тоже не было лишних денег, а потом я к ним как-то привыкла. Послушай, может, остановиться в гостинице? Деньги есть...
– Посмотрим, как тебя примут, – решил он. – С родителями всё равно нужно поговорить. Если разругаетесь, останется вариант с гостиницей. В большинстве из них есть интернет и удобно голодать. Никто не будет мешать советами и готовкой.