– За лес и платила, – засмеялась Вера, – и за воздух, которым у вас можно питаться. Вы никогда не были в Москве?
– Не приходилось, – ответила врач. – Я и без того знаю, что городской воздух намного хуже лесного. Мы взяли у вас подписку, что не отвечаем за результаты голодания, но это не значит, что не окажем никакой помощи. Вы знаете, как из него выходить? Вот и прекрасно. Скажете заведующей столовой, и для вас всё сделают. У них есть соки и фрукты, а овощи вам сварят и протрут. Вы у нас, Вера Николаевна, на особом счету. К нам приезжают на одну-две недели, редко на месяц, а больше на моей памяти отдыхали и лечились только двое, вы третья. А голодающих не было вообще. Не замечали, что отдыхающие за вами наблюдают?
– Так это из-за любопытства? – изобразила разочарование Вера, – а я-то думала, что из-за моей красоты! А голодающих нет, потому что в ваших проспектах есть любое лечение, кроме голода.
– Попробуйте заманить клиентов голодом, – возразила Татьяна Андреевна. – Мы их, наоборот, кормим пять раз в день, и даём возможность выбирать еду. Значит, мы обо всём договорились. При малейшем недомогании сразу обращайтесь.
Она приветливо кивнула и вышла из номера.
– Ладно, сегодня голодаешь последний день, – сказал глюк, когда за врачом закрылась дверь. – Вес ты сбросила и напоминаешь в этом костюме пугало. Потому, наверное, и пялятся. Через десять дней займёшься гимнастикой. До тренажёров если и дойдёшь, то в самом конце. Здоровье сильно поправила, а с их процедурами поправишь ещё больше, так что муж, наверное, не узнает. Лишь бы опять на тебя не запал. Хоть вы и договорились о разводе...
Разговор с Василием состоялся через несколько дней после приезда Веры в санаторий. Она сошла с поезда на станции Ивацевичи в половине четвёртого ночи и несколько часов ждала служебный автобус. Санаторий очень понравился. На берегу большого озера с чистой прозрачной водой в окружении изумительно красивого леса были построены пять трёхэтажных спальных корпусов, столовая, клуб, лечебный корпус и здание администрации. Всех их соединили переходными галереями. Приняли Веру очень приветливо, вот только желание отказаться от услуг столовой и голодать привело к разбирательству с администрацией. Пришлось написать заявление, в котором она взяла на себя последствия голода. Какой-то роскоши в номере не было, но ей понравилось. Персонал был по преимуществу женский и молодой. Среди отдыхающих было много детей, поэтому за тишиной пришлось идти в лес. Здесь он был просто замечательный, и даже с её силами хотелось гулять весь день. Второе голодание, как и предсказывал глюк, переносилось намного легче и сопровождалось только небольшой слабостью. Она даже три раза сходила в бассейн и в последний раз с трудом выбралась из воды. На купавшихся в озере смотрела с завистью, но сама только сидела на большом пляже, а войти в воду не рискнула. Можно было взять катамаран, но она побоялась. Телефон не выключала, поэтому муж сразу дозвонился.
– Ты где? – спросил он, когда Вера подтвердила соединение. – Сказала, что задержишься у родителей, а сама уехала куда-то отдыхать. И ты считаешь это нормальным? Если с тобой что-нибудь случится, я даже не буду знать, где тебя искать.
– Я тоже не нашла бы тебя в Греции, – ответила она. – Обо мне можешь не беспокоиться. Отдохну два месяца и приеду. Василий, я решила, что нам с тобой нужно развестись.
– И что привело тебя к такому решению? – помолчав, спросил он.
– Я тебе не нужна, – ответила Вера. – Ты ведь летал на свои курорты с женщиной? Не нужно мне возражать, просто послушай. Я не претендую на твои магазины или квартиру. Если считаешь себя порядочным человеком, купишь мне однушку, а я откажусь от остального. Если такая покупка будет неподъёмной, я всё равно от всего откажусь!
– И как думаешь жить?
– Надеюсь, что счастливо. Если твой вопрос о деньгах, то они у меня будут. Не нужно мне больше звонить, перед приездом позвоню сама.
– Ты искренна? – спросил Василий. – Может, ты меня так проверяешь?
– Этого можешь не бояться. Я точно развожусь и не собираюсь от тебя чего-то требовать. Учитывая твои связи, это было бы глупо.
– Квартиру я куплю, – пообещал он и отключился.
Вера не выключала телефон, но других звонков не было. За время голодовки так ни с кем и не познакомилась. Не было желания, да и к ней никто не подошёл.
Она посмотрела на себя в зеркало и поморщилась. Глюк был прав: на похудевшей фигуре даже спортивный костюм, который она повсюду носила, смотрелся ужасно, а о том, чтобы надеть одно из трёх взятых с собой платьев, не могло быть и речи. Точно сбежится смотреть весь санаторий. Вера быстро разделась и покрутилась перед зеркалом.