ета темного как вишневая настойка. Нет, ей не показалось ничего. Или это все же такая необычная манера вести допрос? Что б ни задумал граф, она сейчас в полной его власти. *Лучшая защита это нападение.*- вспомнила Лили. -Почему вы так и не женились? Граф изумленно уставился на Лили. Молчал он минуты две, не меньше. -Сама как думаешь? -Люди в отличие от музыки и породистых собак никогда вас особенно не интересовали? -Ты бы хотела как-нибудь послушать орган во дворце Тривии?- спросил граф, улыбаясь столь же весело и хитро, как старик-кузнец, каждую зиму переодевающийся снежным дедом-колдуном на потеху детворе на их улице. -Как прикажет правитель Кшарии. -Постарайся иногда высказывать свои желания. Нам будет много проще. *Нам?*- подумала озадаченно Лили, но ответила: -Да, правитель. Хотела бы. Ходят слухи, что он похож на человеческий голос. А мои желания- вам правда это будет приятно знать? Насколько часто я могу их высказывать? -Мне это будет по нраву. Позволяю также, когда мы наедине, как сейчас, оставить это высокопарное *правитель.* -Как мне к вам обращаться? Он замолчал. Потом вдруг произнес: -Мое имя Аки. И снова этот взгляд, похожий на штопор. Он, верно, ищет, ищет ее слабые стороны, прощупывает, ведь и на суде она так и не призналась, кто дал ей отмычки. -Я Лили.- ответила девушка.- Но для вас как прикажете. -Будь моей.- прошептал граф, наклоняясь над ней. Девушка почувствовала, как его дыхание стало прерывистым, ей показалось, что его зрачки стали такими широкими, что заполнили радужку. Лили уперлась ладонями в грудь мужчины, на лице которого лукавство смешивалось с любопытством и неприкрытым желанием. Граф ее руки все же перехватил. -Нет. -Нет? Сам правитель просит тебя о благосклонности, а ты- нет?- изумлению его, казалось, не было предела. Жуткие глаза стали еще уже, резче, словно он принялся что-то обдумывать. -Вы сами сказали, Аки, что я могу высказывать желания. -Проси. -Все что угодно? -Все, что в моих силах. Лили сделала вид, что задумалась. -Тогда немедленно отпустите. -А если я этого не хочу, Лили? -Значит вы не рыцарь. -Справедливо.- граф отпустил ее руки.- Ты откажешь мне даже в поцелуе? -Нет. -Это твое любимое слово- нет? -Нет. Я не... Граф не дал ей договорить. Его губы коснулись ее губ, язык скользнул в рот Лили. Его пальцы гладили ее шею. Это было приятно. Лили с неудовольствием посмотрела на мужчину, когда он завершил поцелуй. Рок или Судьба столкнула их? Всего за сутки Лили совершила преступление против графства и правителя, оказалась во дворце и познакомилась лично с сильным сего края. Но сейчас Лили совсем не хотелось об этом думать. Ей было ясно лишь одно- поцелуй был сладок как клубника, восхитителен точно смех, нежен как облако. Когда ей было двенадцать ее поцеловал влюбленный в нее сосед- пятнадцатилетний подросток. Он волновался так, что то и дело ронял букет украденных для нее тюльпанов. Лили из любопытства разрешила ему коснуться губами своих губ, но не испытала при этом ничего, и разочарованная перестала приходить на свидания. Больше она с мужчинами не целовалась, уверенная что все это чушь. Спустя четыре года сосед настойчиво сватался к ней, но получал отказ. Тетя, устав от переговоров, разрешила Лили самой выбрать себе жениха. Лили замуж так рано не хотела, поэтому в девятый раз отказала юноше. Лили озадаченно смотрела на графа, ей хотелось еще поцелуй, и еще, и еще один, и это, похоже, забавило Аки. Он знал, что все будет как он захочет едва Лили переступила порог. Лили не считала их, быстрых, дразнящих, а если б считала, то сбилась бы со счета. Это было непривычно и странно- ведь она знала, что он старше и он почти король на этом кусочке суши, знала, что он чужеземец, а про них ходят разные слухи. Она чувствовала, как тепло, будто солнечные лучи, разливается в ее груди, и как это чудесно и волнительно, и невозможно- поддаться обаянию этого северянина, и нужно остановиться, но это не в ее власти. Лили ощущала его ладони на своей талии, его губы на своих губах, шее, ключицах, смотрела в его мутные затуманенные неприкрытым желанием глаза, а его руки разом превратившиеся в сети были крепче всех врат. Девушка кляла свою цыплячью отвагу и человека, так легко сломавшего ее сопротивление. Дело было в приговоре- этот мужчина имел над ней теперь куда больше власти, чем родные, убеждала себя Лили, но все было бестолку. Инстинкты сыграли против нее- женщина не может перестать быть женщиной, как бы этого ни хотелось- всегда есть риск, что найдется мужчина, способный пошатнуть ее спокойствие. Лили не чувствовала ароматного цветения жасмина у окна, не помнила, как оказалась в той комнате и как ее платье было расстегнуто. Его язык исследовал холмики ее грудей, ласкал ее соски, затем пупок и потаенную ложбинку много ниже. Лили стонала от удовольствия, не сдерживаясь, не думая ни о чем. Аки держал ее за руку, их пальцы сплетались точно ящерки. Его пальцы не пропустили ни одного сантиметра ее тела, томящегося от нахлынувшей точно лавина страсти и его нежности. Он встречался с ней глазами, заставляя Лили испытывать восторг и жгучий стыд, проделывая все то, о чем она только догадывалась ранее, слушая болтовню замужних подруг. Он казался ей еще более красивым, чем минутами ранее, самым красивым мужчиной что она когда-либо видела. Лили потянулась к его губам, он провел языком по ее языку и губам и вывернулся из ее обьятий. Лили прижала его руку к своим губам, целуя каждый палец. Он внезапно отстранился, поднимаясь. Только сейчас Лили заметила, что Аки успел лишь расстегнуть рубашку и ничего более. Он подошел к окну, наполненному ароматами созревающего лета. Лили приподнялась, подошла к нему, обняла за талию. -Что случилось? -Я вспомнил одну сказку, что мне в детстве рассказывал брат. Легенду о единороге. -Что-что?- переспросила Лили. -Единорог выходил из пещеры только тогда, когда к нему приводили молодую женщину. И что-то мне в этой истории всегда казалось гхм...непристойным. Лили замерла, не зная, что ей делать. Он ее вновь шокировал. Хотя судя по его лицу, он в не меньшем замешательстве. -Что со мной не так?- спросила девушка. -Прости.- граф целомудренно поцеловал ее поочередно в обе щеки.-Прости меня. Это со мной все не так. Одевайся, ради всех богов, и ступай обживайся в храм оракула. ***** Хевга привычно-зорко оглядел правителя Кшарии. -Хорошо выглядишь. -Выспался наконец. -Шестые врата запечатали вчера? -Собственноручно закрыл.- Аки искоса взглянул на друга и советника.-Два часа возился. -У тебя очень довольный вид. -Придумал действительно сложный пароль. -Как поживает твоя сука? -Доложили, что в храме всю ночь горело окно. Видимо без света не спит. -Я не про девушку, Аки. -Ах, ты про Улли. Мы ожидаем шестерых где-то через пару недель. Они уже легко прощупываются. -Ты неосторожно пообещал Луните самого резвого щенка. -Луните я отдам любого щенка. Но ты ведь не за этим? -Меня съедает любопытство. Ответь мне, если можешь. -Валяй. -Зачем ты притащил во дворец эту взломщицу да еще, судя по слухам совокупился с ней вчера? -Ничего не было. -Эта женщина так стонала, что слышали даже на кухне. -А король-то еще ого-го!- рассмеялся граф Рахна. -Ты себя-то зачем под удар подставляешь? Вскроет вот тебе череп. -Гхм... -Ты легкомысленен, а случись что, тебя некем будет заменить. -Довольно.- Рахна помахал рукой, давая знак, что аудиенция закончена. Хевга поклонился и двинулся к выходу. Все, о чем говорили во дворце, не умещалось в его голове. Правитель велел освободить девушку, сломавшую врата, закрепил ее зачем-то за храмом оракула, затем на летней террасе, на глазах как минимум нескольких человек, прогуливавшихся в парке неподалеку, практически жрал ее. Увлеченный Аки непредсказуем более чем всегда. Его действия итак невозможно предугадать, а сейчас тем более неясно и оттого натянутся нервы у ближнего круга. Аки мог бы взять любую девку, без назначений и лишних свидетелей, а эту так вообще оприходовать в темном уголке, как все приличные лорды. Мог бы как все, но граф многое делал иначе. Хевга представил счастливое лицо дочки- шестилетняя Лунита, любимица всего двора с нетерпением дожидается, верно, рождения самого резвого щенка, коего ей пообещал их добрый правитель. Все же Аки, несмотря на свое могущество, многого лишен. Никто кроме двух собак его не встречает, когда он возвращается в город. Годы идут, и ему приходится пользоваться подворачивающими возможностями чтобы найти себе компанию на пару ночей, как то благодарно расстилающаяся помилованная девчонка, что накуролесила больше, чем любой другой взломщик в Кшарии.