Все происходящее выглядело так, словно какой-то безумный писатель поместил девушку в очень мрачную сказку, где юный цветок чахнет в заточении в замке лжи и страха. Порой Рита думала о том, что, быть может, все вовсе не так плохо, и она просто накручивает себя- ведь другие живут же как-то. Она все время вспоминала Анну Льюис, которая так спокойно рассказывала, что ее мать попала в секту, будто они обсуждали новую коллекцию платьев Dior. Глядя на ее миловидное личико с идеальной белой кожей и тонкие маленькие пальчики, что будто прилипли к экрану смартфона, Рита не могла свыкнуться с мыслью, что кто-то может так легко относиться к тому разрушению, что происходит вокруг.
Пытаясь отвлечься от воспоминаний о блондинке, что выходила из кабинета отца, Саммерс раздумывала над тем, что могло так молниеносно подкосить куклу Барби Анну Льюис. Они со знакомыми девочками- нет, не подругами, потому что в представлении Риты настоящие друзья не ограничиваются тем, что отмечают друг друга в историях в Instagram и целуются при встрече- спрашивали ее пару раз, что происходит. Каждый раз Анна уходила от ответа, придумывая все новые объяснения, начиная от ПМС и заканчивая волнением перед экзаменами.
И вот теперь, когда секрет ее загадочной подавленности всплыл наружу, Рита оказалась на распутье. С одной стороны, она чувствовала, что должна предложить помощь Анне- но тогда Льюис бы могла отвергнуть ее, опасаясь, что она теперь слишком много знает. С другой, Рита не была уверена, что на самом деле может помочь хоть чем-то. Она вообще теперь уверилась в собственной беспомощности.
Ближе к обеду девушку разбудил звонок в дверь, донесшийся с первого этажа. Нина, шаркая ногами, поспешила открыть. Рита подумала, что это Джо вернулся со школы, но звук женского голоса пронзил ее в самый центр груди. Она его узнала. Говорила та самая блондинка, что была в отцовском кабинете.
Девушка рывком села на кровати, отчего в голове все затрещало, и перед глазами появилось полчище черных мушек. Рита, почти ничего не видя, поднялась с кровати и, держась за стенку, как могла быстро поспешила спуститься. Ноги ее абсолютно не слушались, перед глазами по-прежнему было темно, а все мышцы болели и стонали, отказываясь двигаться. Рита передвигалась лишь благодаря своему дикому желанию взглянуть в глаза этой женщине, увидеть ее лицо поближе, посмотреть на нее и почувствовать ту самую волну привлекательности, что, должно быть, ощущал ее отец.
Спускаясь по лестнице, Рита пару раз едва не упала. Она силилась услышать, о чем говорит Нина, но в ушах стоял страшный звон; девушка стонала и умоляла про себя успеть спуститься вниз раньше, чем причина ее болезни вновь скроется с горизонта.
Наконец, оказавшись на первом этаже, обессиленная после своего короткого пути, что ей казался вечным, Рита, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание, рывком бросилась вперед. Она упала на колени в коридоре, уже не ощущая конечностей. Блондинка все еще стояла на пороге.
Под вопли Нины Рита из последних сил подняла глаза на девушку. Ее красивое вытянутое лицо с истинно аристократическими чертами яркой вспышкой промелькнуло в сознании, прежде чем шум в голове заглушил все остальные звуки. Последним ощущением стало то, как она ударилась виском о холодный гладкий ламинат. После этого Рита окончательно потеряла сознание.
***
Стейси и Джо, найдя укромный уголок, пока вся школа была на обеденной перемене, как и положено всем красивым парочкам, тихонько миловались, держась за руки и целуя друг другу пальцы. Саммерс смотрел на свою девушку истинно-вдохновленным взглядом, который, не иначе, он позаимствовал у героя Лео Ди Каприо в фильме «Великий Гэтсби»- о таком, и правда, мечтала каждая девушка. Проходившие мимо младшеклассницы томно вздыхали, глядя на Джо; некоторые, совсем беспардонные, и вовсе нагло разглядывали их пару, приоткрыв рты так, что были видны их на все цвета радуги разные брекеты.
- Знаешь, малышка,- Джо буквально придавил Стейси плечом к стене. Девушка подняла голову.- Никогда не думал, что буду так каждый день мечтать пропустить обед, чтобы пообжиматься с девушкой в относительно тихом коридоре.
Стейси усмехнулась, играя завязками его кофты. Джо поцеловал ее в лоб, поглаживая свободной рукой тонкую крепкую талию.
Их внимание отвлек жаркий спор, что происходил за углом. По обрывкам фраз, чьи окончания терялись в нарастающем гуле покидающих столовую, почти ничего не было ясно. Вскоре, однако, говорившие сами рассекретили свои личности- сначала показалась яркая зеленая юбка, едва прикрывающая нижнее белье, а после и вся Кайра Тимбелл собственной персоной. Рядом с ней шел Эндрю Йорд с крайне недовольным, еще больше вытянувшимся лицом.