- Я всего лишь хочу, чтобы люди перестали носить розовые очки, мисс Вильямс,- Сьюзан тяжело вздохнула, вновь обратив лицо к окну.- Наш город безопасен лишь на официальных бумагах.
***
Вновь и вновь прокручивая этот диалог в голове, Стейси на дрожащих ногах поднялась на импровизированную сцену, где до этого уже выступал шериф Томпсон и мэр Саммерс. Девушка едва не выронила микрофон- он показался ей таким тяжелым, что потемнело в глазах. Ричард испытующе заглянул ей в лицо; видимо, Вильямс была так бледна и выглядела так напугано, что в его глазах промелькнуло что-то, отдаленно напоминающее жалость.
Стейси подошла к самому краю. На нее смотрели несколько сотен глаз. Кейт была права; далеко не у всех читалась искренняя заинтересованность во взгляде. Вильямс сглотнула слюну, понимая, что если пройдет еще хотя бы секунда, у собравшихся возникнет чувство, будто она забыла, зачем пришла. Нужно было срочно начинать говорить.
- Дорогие сограждане!- начала Стейси и наконец-то смогла выдохнуть. После первого сказанного предложения у нее как будто гора с плеч сошла.- Сегодня- двадцать первое июня две тысячи восемнадцатого. Ровно год прошел с момента той страшной трагедии, что унесла пятнадцать молодых жизней. Я думаю, что многие из Вас были лично знакомы с погибшими; эти юноши, этот благородный мужчина, что пытался помочь остановить бесчинные зверства на улицах нашего города, все они пали жертвой ужасной несправедливости и животной волны ненависти и агрессии. Из-за обычного нежелания принимать происходящее, мы никогда не узнаем, кем они могли бы стать. Мы никогда не увидим, как они выпускаются из школы, как они женятся, воспитывают детей,- мы никогда не увидим их в преклонном возрасте, ведь им попросту не оставили выбора. Но стоит ли обвинять тех, кто открыл огонь по беснующейся толпе?- Стейси встретилась глазами с шерифом Томпсоном. Его лицо с пугающей скоростью вытягивалось.- Нет.- Девушке показалось, что она услышала, как шериф с облегчением выдохнул.- Нет, потому что каждый из тех полицейских, что всю ночь боролся с беспорядком на улице, выполнял свою работу и ни каплей больше. Вы спросите- кто же тогда виноват? Из-за кого я потерял друга, брата, парня, сына, внука, соседа или просто знакомого?
Стейси оглядела толпу. Она заметила своих- мама и Оливия Робинсон держали ладони у груди, отцы стояли, плечом к плечу, Кейт широко распахнутыми глазами глядела прямо в лицо Вильямс; Валери Саммерс слегка улыбалась ей, а Рита и Джо, удивительно похожие в такой напряженный момент, сжимали ладони друг друга. Вильямс позволила себе мысленно расслабиться; значит, все хорошо. Значит, она говорит то, что надо… Сьюзан Аткинс, чей взгляд Стейси поймала последним, коротко кивнула головой. Она призывала девушку переходить к основной, самой сомнительной части.
- Я думаю, что смогу ответить на ваш вопрос. Мы потеряли этих людей не из-за двух загадочных мужчин, которых и вовсе не было,- Стейси отвела взгляд на горизонт, туда, где свинцовые тучи сливались в одну линию с землей. Она живо представила себе лица собравшихся. В толпе стало пугающе тихо.
- Вы не ослышались,- назад дороги уже не было.- Вас заставили поверить в фантастическую выдумку, в сказку, созданную для того, чтобы отвлечь Ваше внимание от истины. В чем же она кроется? Она кроется в том, что наше легкомысленное отношение к безопасности, наш потерявшийся за розовыми огнями инстинкт самосохранения не доведет до добра. Мы перестали думать о завтрашнем дне и живем своей американкой мечтой, в то время как по ночам наши улицы громят толпы бунтующих и поджигают чужие дома.
На этом месте Стейси вновь сделала небольшую паузу. Шепоток, ходивший среди зрителей, набирал силу, превращаясь в настоящий гул. Вильямс поглядела поверх голов, но не заметила в толпе Льюисов. Это несколько удивило ее; мистер Льюис, хозяин крупной сети аптек, был хорошим знакомым, можно сказать, другом мэра Саммерса, и их семья никогда не пропускала подобные мероприятия.
- Нельзя оставаться равнодушными, нельзя и дальше игнорировать тот факт, что Сейдон- не Ноев Ковчег, не Земля Обетованная, а такой же город, как и те, про которых в новостях рассказывают, что там происходят убийства и кражи. Нельзя и дальше считать, что пришли плохие люди и убили семью Тома Хиггиса. Пора уже взглянуть правде в глаза и признать, что один из нас, один из горожан Сейдона и в самом деле зверски убил свою семью!
Стейси поняла, что сказала что-то ужасное, когда ясно прочитала страх на лицах родных. Вильямс словно под дых дали; мэр Саммерс взирал на нее с другого конца сцены с презрением и яростью, как будто девушка должна была сказать что-то очень умное, а сморозила небывалую чушь и опозорилась на весь город. Судя по всему, так и было; люди разворачивались и уходили, возмущенно жестикулируя и посылая в сторону сцены взгляды, полные отвращения. Стейси почувствовала, как слезы заполняют ее глаза; она не дошла и до середины речи, но говорить дальше в любом случае не смогла. Стыд придавил ее громадной бетонной глыбой; все, чего ей хотелось, это чтобы кто-нибудь сказал, что это все был просто ужасный сон, но, к сожалению, все происходящее было более чем реально.