Когда, наконец, тот самый помощник Томпсона, что так напоминал внешностью крысу-мутанта, открыл перед ней большую металлическую дверь, Кейт в глаза ударил яркий свет, что лился из окошек под самым потолком. Она вспомнила Пристанище - только там свет лился золотистый, мягкий, а здесь он резал глаза, как бывает, если очень долго смотреть на белоснежные сугробы зимой.
Помощник встал у двери, мерзко разглядывая Кейт со всех сторон, но девушка не обратила внимания на этот голодный взгляд. Она подошла вплотную к стеклу, что разделяло ее со спящим на скомканной простыне Рейесом.
Кейт постучала кончиками пальцев по стеклу. Хьюст подскочил на месте. Выглядел он очень плохо: заметно похудел и весь оброс. Кейт не понравился его мечущийся взгляд. Казалось, в этом человеке уже появляются первые признаки безумия.
— Кейт, — просипел он, чуть отойдя от сна. Хьюст подошел к стеклянной стене и жаждуще посмотрел в лицо девушки, словно она могла в любой момент достать ключ и выпустить его отсюда. Кейт опустила голову.
— Вы так и будете стоять здесь? — обратилась она к помощнику. Тот оскалился.
— Да, мэм. Я слежу за вашей безопасностью.
— Не могли бы вы оставить нас хотя бы на минуту? Не волнуйтесь, я при всем желании не разобью это стекло, и мы не сбежим.
Помощник потоптался на месте, но все же вышел за дверь. Кейт успела увидеть краем глаза, как он оставил крохотную щелочку, чтобы продолжать наблюдать за происходящим.
— Не сказать, чтобы я особо преуспела в твоем деле, — Кейт покачала головой. Она задержала свой взгляд на исцарапанном кирпиче в стене, не осмеливаясь посмотреть Хьюсту в глаза, ведь ровно год назад случилось то самое, что положило конец их отношениям. - Но кое-что я узнала. У меня есть предположения насчет того, кто мог тебя заложить.
— Басс и Уолк, — глухо отозвался Хьюст. Кейт качнула головой.
— Нет. Я… я разговаривала с ними, и…
— Стой, — внезапно оживился Рейес. - Ты что, была в Пристанище?
— Да.
Повисло напряженное молчание. Кейт заставила себя посмотреть в глаза Хьюсту. Такие черные, что, казалось, когда ты в них смотришь, улетаешь в космическое пространство.
— Ты ходила туда одна? — еще тише и настороженнее спросил он. Робинсон кивнула.
— Ты хотя бы понимаешь, что они могли что угодно с тобой сделать? Ты же официально такой же предатель, как и я. И вообще, как ты туда прошла?
— Часовые никогда не отличались особым умом, — Кейт пыталась выглядеть как можно беззаботнее, но что-то в вопросах Хьюста задело ее за живое. Что-то, отдаленно напоминающее беспокойство за нее. Впрочем, теперь ему и правда стоило побеспокоиться за нее - Кейт была единственным способом связи с внешним миром.
— Ты видела Бобра? — спросил Хьюст. Кейт приподняла брови.
— Да. Он ни разу не приходил к тебе?
— Ни разу, — Хьюст покачал головой. - Неужели он реально так трусит перед шерифом? Понятное дело, у нас у всех нелады с этим местом, но если бы его посадили, я бы прилетел хоть с другого штата.
— Пока что прилетал он только к тебе в гараж, — Робинсон встретила недоумевающий взгляд Хьюста. Она вдруг подумала о том, что он может неверно понять ее действия, ведь, по его версии, все то время прошлым летом она планировала рассорить его с Уолком и Бассом.
— О чем ты?
— Я видела у него твою фляжку, Хьюст. Он прятал ее под курткой. Да и вообще… понимаешь, я просто подумала о том, откуда у Томпсона может быть твоя сигарета. И я пришла к выводу, что тебя сдал очень близкий че-
Она проглотила остаток фразы, не в силах дальше смотреть на Рейеса. Лицо парня вытягивалось с пугающей скоростью. Каким образом он взял себя в руки, Кейт было не дано понять. Хьюст сглотнул, убрал руки в карманы и, усмехнувшись в сторону, дрожащим голосом продолжил опрос:
— Что там еще нового?
— Пока ничего, — Робинсон покачала головой. - Если быть честным, то у тебя вообще сейчас очень слабый шанс освободиться. Все улики сфабрикованы, но сфабрикованы так искусно, что к ним просто не подкопаться. У меня нет идей, Хьюст.
— Звучит… обнадеживающе, — тонким голосом проговорил Рейес. Кейт почувствовала, как комок в горле перекрывает ее дыхательные пути.
Девушка вдруг прильнула всем телом к стеклу, так резко, что Хьюст даже отпрянул. Страстная привязанность к этому мужчине, горячая молодая любовь вновь обуяла девушку, точь-в-точь как прошлым летом, когда они были так молоды и свободны. Робинсон говорила, задыхаясь от собственных чувств. Внутри у нее все так и пылало от непреодолимого желания вновь прикоснуться к нему, к его коже, потрогать его волосы, целовать каждую клеточку его тела и ощущать его руки на себе.