Глава 13
Мила
-- Напугала ты нас здорово, Милка. – мама говорит так будто в случившимся виновата я сама. – Знаешь, хорошо, что произошло это тут. А если бы дома? Мало ли как всё могло быть? Руслан Андреевич меня, конечно, пытался успокоить сказав, что твой случай не отличается от большинства других, но я вот прямо по его лицу видела, что он чего-то недоговаривает.
Аккуратно переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок.
Я очень сильно люблю свою маму, но иногда её бывает чересчур много.
Чувствую себя так будто меня товарный поезд переехал.
Мама продолжает что-то говорить, но я не вслушиваюсь, погружаясь в воспоминания о событиях сегодняшней ночи.
Первое что вспоминается это моя нелепая просьба, озвученная Караеву.
Я, наверное, должна быть ему благодарна за реакцию, в которой было только понимание и забота.
-- Ну как же я могу в такой момент бросить свою очаровательную коллегу?
Именно так он мне ответил, при этом искренне улыбаясь.
В смотровой он разговаривал с дежурным хирургом о моём состоянии так будто приходится мне родственником.
Караев действительно присутствовал рядом со мной, вплоть до того момента как меня забрали в операционную.
-- Камила, всё будет хорошо. – сказал он и сжал мою ладонь, тем самым выражая поддержку. А я смотрела в его глаза и знала, что будет именно так как он говорит.
Дальше всё как в тумане.
Первое, что я ощутила, окончательно придя в себя в палате – это тупая, ноющая боль в животе.
Она пульсировала с каждым ударом моего сердца, напоминая о прошедшей экзекуции. Стоило мне пошевелиться, и тут же простреливало острой, режущей болью. Кажется, даже дышать было невыносимо.
И ещё жажда мучала. Но даже мысль о том, чтобы напрячь мышцы и потянуться к стакану с водой, вызывала внутренний протест.
Всё вокруг казалось расплывчатым и нереальным. Палата, белые стены, капельница, свисающая над кроватью…
Всё это казалось декорациями к плохому фильму.
Но, к счастью, это всё длилось недолго, и я снова уснула.
-- Ладно, утомила я тебя своими разговорами. – возвращает меня в реальность мамин голос. – Пойду уже, но завтра обязательно буду.
-- Хорошо, мамуль. – не прошу её остаться, потому что действительно хочется побыть одной.
Мама целует меня в щеку, берёт с меня обещание, что я обязательно съем принесённый ею бульон, и уходит.
Поворачиваюсь снова на бок, чувствуя ужасный дискомфорт.
И ведь знаю, что операция, которую я перенесла считается одной из самых простых, но моему телу всё равно, оно не слушается, оно словно чужое, тяжелое и неповоротливое.
Пытаюсь вспомнить, что говорил хирург. Про послеоперационный период, про диету, про ограничения. Но в голове лишь обрывки фраз.
Через несколько минут сама не замечаю, как проваливаюсь в сон…
Следующие два дня проходят для меня под лозунгом - день сурка.
Капельницы, антисептическая обработка шва, сон.
Между всем этим ещё посещения коллег и родственников.
На вторые сутки после операции чувствую себя значительно лучше.
Боль всё ещё присутствует, но уже не такая острая.
Возвращается аппетит. Даже жидкий бульон кажется вкуснее, чем вчера.
-- Привет, ну как ты? – входя в палату спрашивает Инна.
-- Привет. - слегка приподнимаюсь на подушке, усаживаясь поудобнее.
-- Неплохо тут у тебя. – моя сотрудница окидывает взглядом палату.
«Неплохо» это слабо сказано.
Сама не знаю, как так получилось, что меня определили именно в палату класса «люкс». Знаю лишь то, что мои родители не имеют к этому никакого отношения. Но расспрашивать и выяснять детали ни у кого не стала. Убедила себя в том, что это такое проявление заботы со стороны больницы к своим сотрудникам.
Бросаю взгляд на большое панорамное окно, которое занимает большую часть стены напротив кровати. За ним виднеется кусочек города. Вид неплохой, конечно, но сейчас мне совсем не до пейзажей.
Здесь всё есть для комфортного пребывания. Но нет главного – ощущения дома. Это просто дорогая, но всё же – больничная палата. И как же я хочу выбраться отсюда. Хочу домой, в свою уютную комнату, где стены оклеены обоями с цветочками, где стоит старый потертый диван, и висят мои любимые фотографии.
-- Раньше прийти не получилось. На свои выходные к родителям уезжала, а сейчас в смену заступила и сразу к тебе. – будто оправдываясь, говорит Инна.
-- Спасибо. – улыбаюсь.
-- Как тебя так угораздило-то? – она ставит на тумбу объемный пакет и начинает доставать принесённые гостинцы.
Следующие минут десять Инна развлекает меня рассказом как провела выходные в родном городе.
Я же в основном только слушаю её.