Точного ответа для чего я всё это делаю у меня нет. Вот так. Впервые в жизни действую, не основываясь на доводах разума.
К чему в итоге это приведёт… посмотрим.
Нажимаю кнопку блокировки телефона и отбрасываю его на вторую половину постели.
Я не жду от Камилы ответа.
Уверен, что его не будет.
Задумываюсь о том, что ещё совсем недавно всё было просто. Я знал, чего хочу, к чему стремлюсь. Были цели, планы. И чёткое понимание, что правильно, а что нет.
А сейчас…
Сейчас моя жизнь сплошной хаос. И его причина в том, что я не беру на себя ответственность - принять окончательное решение. Хотя тянуть больше не вижу никакого смысла.
Переворачиваюсь на бок, подпираю рукой подушку и пытаюсь уснуть. Но карусель из навязчивых мыслей бодрит получше самого крепкого кофе.
С Лилей мы давно чужие друг другу люди.
В нашем браке о чувствах изначально речи не шло, но между нами всегда было уважение. Раньше я думал, что этого достаточно для крепкого союза. Как оказалось – нет.
Эмоции, которые у меня вызывает Камила, дали понять, что я не хочу больше жить такой жизнью. Кто-то может сказать, что рассуждать подобным образом предел инфантильности, пусть будет так. Но я хочу позволить себе перестать быть запрограммированным роботом.
Я загнал себя в угол. Знаю.
Сам построил эту клетку и теперь не представляю как из неё выбраться.
Но разве можно отказаться от той, с которой почувствовал себя живым? Молодым? Полным сил?
Иногда кажется, что жизнь это бесконечный бег по кругу, и ты бежишь, бежишь, а цель всё дальше. И вот вопрос: стоит ли продолжать эту гонку, или пора остановиться и посмотреть, что вообще осталось за спиной, пока бежал? Может, самое важное уже пропустил.
Утром, несмотря на выходной, просыпаюсь рано.
Принимаю душ и иду в кухню.
С удивлением замечаю, что Лиля тоже уже не спит. Для неё абсолютно нехарактерно вставать в такую рань. Скорее всего это по мою душу. Неосознанно морщусь.
-- Доброе утро.
-- Доброе. – её голос звучит вполне доброжелательно, но я не обманываюсь.
Беру с полки кружку и, нажав на кофемашине несколько кнопок для смены программы, ставлю её под рожок.
-- Я тебе завтрак приготовила. – слышится за спиной голос супруги.
-- Спасибо. – отвечаю не оборачиваясь.
Дожидаюсь пока наполнится кружка, беру её и сажусь за стол.
Сегодня кофе кажется горьким, хотя обычно оно идеальное. Или это просто горечь внутри искажает вкус?
Смотрю на Лилю через стол, напряжение между нами будто плотная пленка, сквозь которую трудно дышать.
Она ест свой тост, рассеянно ковыряя вилкой в яичнице. Не сказать что обычно за завтраком она болтает без умолку, рассказывая мне о планах на день, нет, но... Сегодня полная тишина. Тяжелая, давящая, от которой звенит в ушах.
Во всей её позе - печаль, разочарование, может быть, даже гнев. Она старается не смотреть на меня, избегает зрительного контакта.
Раньше я мог читать её как открытую книгу. Знал, когда ей грустно, когда весело, когда нужна моя поддержка. Сейчас вижу лишь закрытый фасад, за которым бушует буря.
Лиля делает вид, что ничего не происходит, но я вижу, как дрожат её руки, когда она берет кружку с кофе. Как сжимаются губы, когда смотрит в окно.
Слышу, как тикают часы на стене. Каждый их тик как укол в сердце. Они отсчитывают время, которое утекает сквозь пальцы. Время, которое мы с ней оба упускаем, продолжая играть в семью.
-- Лиль… - начинаю я, но она перебивает.
-- У тебя кто-то появился? – с упрёком стреляет в меня взглядом. – Да?
Что на это ответить?
Понятия не имею…
Потому что сам до конца ни черта не понимаю.
-- Если ты об измене, то…
-- Нет, не об этом. – снова перебивает. - Я знаю, что для банальной измены ты слишком благородный, Караев. – зло усмехается. - Хотя кто знает, может всё было бы намного проще если бы ты просто мне изменил.
Неожиданно.
Я, наверное, никогда не смогу понять женщин.
-- Я же вижу, что всё намного серьёзнее. – продолжает она. – Поэтому повторю вопрос: у тебя кто-то появился?
Делаю очередной глоток кофе и глядя в её глаза озвучиваю очевидное.
-- Ты ведь несчастлива в этом браке.
Внимательно слежу за её реакцией, но её нет. По крайней мере внешне.
-- И кто она? – игнорирует мои слова.
-- Разве это так важно?
-- И давно это у вас?
-- Лиля, прекращай!
-- Интересно было бы взглянуть на неё, чтобы хоть попытаться понять, как ей это удалось. Сделать то, чего я не смогла. – на меня не смотрит. – За семнадцать лет.
Чувствую себя максимально гадко.
Вроде никого не предавал, но ощущение грязи слишком явное.
-- Если ты хочешь развода, то я против, Амир.
Это не становится для меня чем-то неожиданным. Я предполагал, что Лиля никогда не решится на такой шаг. И я понимаю её. Сложно вот так сразу кардинально менять свою жизнь. Но это всё равно придётся сделать.