— Хочешь опять уйти? — спокойно, хотя один Бог знает, чего ему стоило это спокойствие, спросил майор.
Он не входил в комнату, так и остался стоять в дверном проёме, опираясь плечом о косяк.
— Попытаешься меня задержать? — с угрозой прошипела магичка.
— Разве я смогу? — покачал головой мужчина. — Нет, даже и пытаться не буду. Зачем, раз я тебе не нужен. Выполни мою просьбу, а потом иди, куда хочешь.
— Ты пролил мою кровь и смеешь о чём-то просить? Уйди с дороги! — пригнулась, будто перед прыжком, орийка. Её голос звучал невнятно, как приглушённое рычание, а огненные сполохи на руках слились в сплошную пелену пламени.
— Это не займёт у тебя много времени, — качнул головой майор.
— Что тебе нужно? — рыкнула она.
— Убей меня, — буднично, словно он просил передать солонку за столом, сказал Макс.
И это прозвучало настолько неожиданно, что бушующее пламя, заменявшее в этот миг магичке и кожу, и душу, схлынуло, как откатившаяся обратно в море волна.
— Что?
— Убей меня, — повторил он, не трогаясь с места. — Потому, что жить так я больше не могу.
Она молчала.
— Я искал тебя целый год! — повысил голос Макс. — Ты мерещилась мне на улице, среди прохожих! Снилась по ночам! И каждое! Ты слышишь?! Каждое утро я просыпался в холодном поту, потому что ты и во сне уходила от меня в последнюю секунду. Я разговаривал с твоей проклятой картинкой!
Он швырнул ей по ноги осколок гранита, который однажды получил от неё, и шагнул вперёд.
— Я медленно сходил с ума. А единственная причина, почему я не пустил себе пулю в лоб — я верил, что нужен тебе! — майор подошел к орийке почти вплотную. — А ты давно вернулась! Но ко мне не пошла. Почему?! Что я тебе такого сделал?! Молчишь?!
Его руки приподнялись, будто он хотел схватить магичку за плечи, и тут же бессильно упали обратно. Не отрываясь, Макс смотрел ей в глаза.
— Я не знаю, какие у тебя были причины. Но я ждал тебя! Я тебя искал! А ты… Просто не пришла…
— Мне сказали, что ты женат… — хрипло выдохнула Рикри, дрожа всем телом, словно в лихорадке.
— Женат? — майор нервно расхохотался.
Ледяная волна прокатилась по её спине, а стены комнаты угрожающе зашатались.
— Не надо ничего объяснять. Ты решила, что я тебе не нужен. Твоё право! Но прояви хоть сейчас, если не любовь, то хотя бы милосердие! Не мучай! Убей сразу! Ну!
Последние слова он буквально выкрикнул, ожидая в ответ огонь, удар, что угодно, лишь бы эта пытка, наконец, закончилась. А Рикри вдруг покачнулась и, закатив глаза, стала оседать на пол. Макс подхватил безвольное тело в последнюю секунду.
— Агафья! — воскликнул он, кожей чувствуя, как колотится сердце в её груди.
Магичка дернулась, будто запоздало пытаясь удержать равновесие, судорожно вцепилась в мягкую ткань его рубашки и широко распахнула глаза.
— Ты, правда, искал меня? — беспомощно спросила она.
Николай раздражённо расхаживал по комнате. Там, за стенкой, откуда ещё несколько минут назад доносились невнятные выкрики, внезапно воцарилась тишина. И она пугала оперативника куда сильнее громкой ссоры. Выругавшись сквозь зубы, он взялся за ручку двери.
— Коля, не надо, — остановила его Лидочка. Непривычно бледная, она неподвижно сидела на диване и только взглядом следила за мечущимся женихом. — Не ходи к ним. Пусть сами разберутся.
— Какое там, разберутся, — буркнул Николай, но от двери всё-таки отошел. — Может, она его уже спалила к чертям собачьим, а я тут выжидаю.
— Это вряд ли, — качнула головой Ида. — Ри хорошая, она ничего Максе не сделает, она же любит его.
— Ну, конечно, — фыркнул капитан. — Какого лешего она тогда бегала от него, как черт от ладана, столько времени?
— А кто в этом виноват? — Лидочка цепко схватила любимого за рукав и заставила сесть рядом. — Не мы ли с тобой?
— Ну, — Николай, смутившись, почесал затылок.
— Если бы Ри что-то сделала, мы бы уже об этом узнали, — девушка легонько погладила его по руке. — Я видела, как убивают законники. Это… Шумно.
— Где это ты такого насмотрелась? — спросил Николай только ради того, чтобы не молчать. Тишина заставляла нервничать всё сильнее.
— В общинном доме, — остановившийся взгляд девушки наполнился застарелым ужасом. — Однажды теневики-законники пришли среди ночи. Они искали какого-то отступника. Обошли все комнаты, согнали всех в холл. Это страшно. Стоишь босиком на каменном полу. Ноги мёрзнут, а ты даже переступить не можешь… И один парень с пятой стены раскричался, что ему завтра на работу выходить, и помянул нехорошим словом цепных собак Сюзерена. А законник… Он просто шевельнул пальцем. Одним. Грохнуло так, что с потолка крошево посыпалась. И того парня просто не стало. Только палёным пахнуло, и грязное пятно на каменной кладке осталось.