— Тётя Лена… — на этот раз голос подал Макс.
— Вот. Значит, курей я ощипывала. На этой лавочке сидела. А тут как грохнет, как задует. Я, пока в себя пришла, пока скумекала, что к чему, уже и полыхнуло. Да так сильно, до самого неба огонь достал. Мой курятник пожарники поливали, как приехали, а то уже и на нём крыша дымиться начала. Я гробидов-то этих проклятущих в загородку перевела. Все руки мне изодрали, ироды, пока таскала. И когти у них… У моих петухов таких шпор не было, как у этих когти. Больше не буду их покупать, заболтал меня, дуру старую, зазывала с машины. Говорил, триста яиц…
— Тётя Лена! — в один голос взвыли друзья.
— А, ну, да… Пожарники приехали, потушили. Доктор тоже был. Говорит, она не мучилась, бедняжка. Сразу Богу душу отдала, как взорвалось там всё…
— А утром кто приезжал к тёте Маше?
— Так я уже милиции рассказывала. Никого не было. Васька, баллонщик наш, приехал, железки свои заволок и уехал. Надоело, видать, Машке печку топить, хотела пожить, как в городе… И — на тебе…
— А больше гостей у тёти Маши не было? — уточнил Николай.
— Нет. Сам смотри. Отсюда ее двор да ворота, как на ладошке, видны. Кабы кто пришёл, я бы видела. А я полдня тут просидела, пока не громыхнуло. Гробидов этих ощипывала. А кожа у них резина и есть — перо не выдернешь.
— Тётя Лена, — в сотый раз услыхав про гробидов, Макс с трудом сдержал стон. — А что это у Вас собака чёрная на огороде сидит?
— Где?! — подхватилась старушка и бодро порысила в указанном майором направлении.
— Макс, ты что, ослеп? — шепнул Николай, едва она отошла. — Это же пакет какой-то ветром мотает, неужели не видишь?
— Я-то вижу. Мне интересно, когда тётя Лена это увидит.
Тётя Лена принесла пластиковый пакет с собой.
— Вона твоя собака, Максим. Напугал. Ажно грядку с луком потоптала, так бежала, прибежала, а оно вона как.
— Извините, тётя Лена, — развёл руками Макс, — Не рассмотрел.
— Да ничего. Чайку попьете с бабушкой?
Выпив по две кружки пахучего травяного чая и выслушав часовой монолог хозяйки про негодных гробидов, оперативники, наконец, выбрались из гостеприимного дома соседки.
— Ну, и что ты об этом думаешь? — спросил Николай, когда они сели в машину.
— Думаю, что свидетель из тёти Лены, как из меня проповедник. Старушка подслеповата. А очки не носит то ли из запоздалого кокетства, то ли еще почему. Тебя не узнала с десяти метров. Мнимую собаку вообще рассмотрела метров с трёх. Я специально следил, когда она с галопа на шаг перейдет…
— Проповедник из тебя так себе… — невольно улыбнулся капитан, заводя мотор. — Поехали в эту газовую контору. Адрес нам бабуля выдала. Это недалеко, минут за сорок доберемся.
— Я никуда не спешу, — пожал плечами Макс и мысленно добавил: «Потому, что не знаю, где меня ждут». «И ждут ли вообще», — мелькнула в голове непрошенная мысль. Не давая себе задуматься над такой возможностью всерьёз, он повернулся к Николаю. — Я бы ещё к участковому заскочил. Может, что интересное расскажет.
— И туда заскочим, — кивнул Николай, осторожно выруливая с участка на деревенскую улицу. — Я ещё на рынок хотел, огурцов каких-нибудь купить.
— А магазинные тебе чем не угодили?
— Там одни гибриды безвкусные.
— Да, уж, — хмыкнул Макс, — Гробиды нам не надо.
Капитан только улыбнулся.
Огурцы они купили. И вполне приличные. Но на этом везение закончилось. Участкового на месте не оказалось, по словам соседей, он уехал в город, и когда вернется — неизвестно, уж точно не в выходные. И на фирме, занимающейся баллонным газом, друзей тоже ждала неудача. Хмурый, неприветливый директор, тысячу раз повторив, что его баллоны самые надежные в мире, наконец, сообщил, что водитель-развозчик — в отпуске со вчерашнего дня.
— Расстроился парень сильно, — объяснил он удивлённым оперативникам. — Попросил две недели за свой счёт, в себя прийти. Совестливый больно. Он-то в чём виноват? Баллоны подключать надо правильно, чтоб беды не было.
Кое-как вытребовав у директора телефон и домашний адрес водителя, друзья вышли из обшарпанной конторы.
Несколько раз Николай набрал криво написанные на обрывке бумаги цифры, но трубку никто не брал.
— Дома нет? — задумчиво спросил он. — Или в бега подался?
— Или этот хмырь конторский нам не тот номер написал.
— Вряд ли. Зачем? Это же легко проверяется.
— А вот чёрт его знает. Не нравится он мне. Водилу навещать будем?
— Не сегодня, — покачал головой капитан. — У меня еще встреча. Помнишь, я говорил?