Будильник, отпиликав положенное, умолк сам. Ребров, не найдя минералки, смыл с языка горечь лекарства, напившись воды прямо из носика чайника.
«Деградирую, — отстранённо подумал он, мельком увидев свою помятую физиономию в блестящем боку посудины. — Ну, и чёрт с ним…»
Неохотно приведя себя в более-менее приличный вид, Макс вышел под серый моросящий дождь. Питер в очередной раз продемонстрировал свой «питерастический» климат: еще вчера чувствительно пригревало солнце, а сегодня температура едва поднялась над отметкой в пятнадцать градусов, и небо намертво затянуло свинцовыми тучами.
На маршрутку идти не хотелось, и майор повернул к станции. Поёжившись под этой помесью дождя и тумана, так как, прохлопав перемену погоды, оперативник не взял ветровку, он ускорил шаг — до метро было топать метров пятьсот.
Через сорок минут эскалатор уже поднимал майора на поверхность вместе с плотной толпой таких же мучеников рабочей недели. И тут его словно толкнули. Повинуясь непонятному влечению, Макс поднял глаза от ребристых стальных ступенек. На несколько метров выше стояла девушка. Люди почти заслонили ее. Он видел только неестественно прямую спину, тугой узел волос на затылке, из которого не выбивалось ни единой прядки, и светлый хлопковый пиджак, небрежно наброшенный на плечи. Незнакомка не двигалась, но Макс готов был поклясться, что секунду назад она смотрела именно на него.
Внутри будто с громким треском лопнула и распустилась стальная пружина. Бормоча извинения, Макс начал пробираться сквозь толпу. Он должен был увидеть её лицо. Майор не знал, откуда появилась эта уверенность, но его словно кто-то толкал в спину, заставляя пробиваться наверх. Нужна всего лишь минута-другая, и он доберется до той ступеньки, где стояла она.
Но этих минут у него как раз и не было. Макс преодолел ровно половину пути, когда эскалатор плавно вынес светлый пиджак, с которого он не спускал глаз, в холл станции.
Девушка оказалась невысокой, и ее тут же скрыли чужие спины. Макс едва не застонал, ощутив разочарование, смешанное с почти физической болью. Шагнув на мраморные плиты минутой позже, он, пользуясь высоким ростом, завертел головой, пытаясь высмотреть ее в толпе. И светлый хлопок, действительно, мелькнул на мгновенье у входной двери. Майор бросился туда, оттолкнув с дороги неопрятную тетку, тыкавшую ему в руки бесплатную газету.
Сбежав по ступенькам на улицу, он вновь увидел незнакомку, быстро сворачивающую к остановке. Наплевав на приличия, Макс побежал следом и схватил ее за руку в ту секунду, когда маленькая ножка уже коснулась приступки подкатившей маршрутки.
Девушка вскрикнула и попыталась выдернуть тонкие пальцы из его горячей ладони.
— Эй, мужик, ты чего? — возмутился какой-то пожилой военный.
Стайка подростков, забыв про селфи, с интересом наблюдала происходящее.
Тут незнакомка, наконец, обернулась. Макс, опешив, уставился в узкие, почти черные глаза.
— Что Вам хотеть? — спросила она с сильным восточным акцентом, всё ещё пытаясь освободить кисть из его мертвой хватки.
Седой офицер подошёл ближе.
— Фыонг? — беспомощно выдохнул майор.
— Нет, — замотала головой девушка. — Пустить!
Макс спохватился и разжал пальцы. Незнакомка, больше ничего не говоря, поспешно заскочила в маршрутку, резко задвинув за собой дверцу.
Кто-то тронул его за плечо:
— Парень, тебе плохо?
Майор с трудом поднял голову. Пожилой военный участливо смотрел на него.
— Нет… Всё нормально. Извините, — пробормотал Макс и быстро зашагал к проспекту.
«Это же надо было так опозориться, — выругался он, медленно приходя в себя и чувствуя, как заливает жаром щёки. — Привязался к незнакомой девушке. Даже не извинился. Какого рожна меня переклинило?!»
Промаявшись за рабочим столом с полчаса, Макс не выдержал и попросил:
— Коля, дай-ка мне оперативную съёмку, которую Сморчок нам подкидывал.
Капитан удивленно поднял голову от каких-то бумаг:
— Фото или видео?
— То, где лучше видно гвоздёвскую вьетнамку.
— Зачем она тебе понадобилась? — еще больше удивился Николай, что, впрочем, не помешало ему достать из сейфа конверт с фотографиями.
— Мне кажется, я её сегодня встретил в метро.
— Сомневаюсь, что такие, как она, даже знают, что это такое, — хмыкнул капитан, наблюдая, как друг быстро перебирает снимки.
— Чёрт! — несколько минут спустя майор разочарованно откинулся на спинку стула. — И я ещё гордился своей зрительной памятью!