— Может, и так, — пожал плечами Макс. — Но ты всё равно присмотрись.
— Как скажешь.
Через несколько часов Николай уже сидел на знакомом антикварном диване. В сотый раз окинув взглядом обстановку, буквально фонившую неброской роскошью: если кресла, то кожаные, если столик, то с мраморной столешницей на кованых ножках, если ковёр, то явно несинтетический, капитан поморщился. Он уже больше часа любовался картиной на стене напротив, в ожидании, когда же появится хозяин этого великолепия, и появится ли вообще. В том, что Гвоздь всё-таки приедет, он сомневался все сильнее.
Вышколенный секретарь каждые пятнадцать минут интересовался, не желает ли уважаемый господин капитан что-нибудь выпить. «Ишь, как оевропились господа бандюки, — мысленно посмеивался Николай. — И куда только подевались красочные эпитеты вроде «тухлый мент» и «племя фараоново»?
Размышления оперативника прервал звук шагов. Господин Меньшов вошел в приёмную, кинув недовольный взгляд на поднявшегося при его появлении гостя. Девушка-вьетнамка, неизменная тень авторитета, скользнула вперёд и первой вошла в кабинет.
— Прошу Вас, — с заметным неудовольствием Гвоздь указал на услужливо распахнутую дверь в противоположном конце комнаты.
Николай не заставил просить себя дважды.
Меньшов устроился за обширным антикварным письменным столом и, подбородком указав посетителю кресло напротив, сплел крепкие пальцы:
— Я Вас в гости не приглашал, поэтому выпить не предлагаю. Кроме того, Ваше присутствие не доставляет мне удовольствия. Переходите сразу к делу.
— Мне нужна информация, — не стал тянуть капитан.
— Информация в наше время товар очень ценный и очень разноплановый, — холодно сказал Гвоздь. — Почему Вы решили, что я занимаюсь благотворительностью?
— Потому, что это в Ваших интересах, — парировал Николай, кинув короткий взгляд на безмолвную фигуру вьетнамки за высокой спинкой хозяйского кресла.
— И как мои интересы могут совпасть с интересами полиции?
— Всё бывает. Разве Вам не интересен клуб «Свет»? — закинул удочку оперативник, пытаясь одновременно уследить за лицами обоих присутствующих. Но ничего, кроме безразличия, он не увидел.
— Я не хожу по клубам, — пожал плечами Меньшов. — И как бизнес меня данная сфера не интересует, если Вы об этом.
— Разве среди серьёзных бизнесменов, каким Вы, несомненно, являетесь, — не удержался от легкой издёвки Николай, — не считается хорошим тоном состоять в каком-нибудь элитном клубе для избранных? Вот, например, господин Ланской не брезгует подобным времяпрепровождением.
На этот раз его ожидания были вознаграждены: девушка за спиной авторитета вздрогнула. Однако больше никакой реакции не последовало. Он даже на мгновенье задумался, не почудился ли ему этот намек на движение.
— Я не господин Ланской, — уронил, между тем, Гвоздь. — У меня другие интересы. Если у Вас всё…
Девушка, на которую Николай смотрел, почти не отрываясь, резво склонилась к уху своего хозяина.
— Так Вы хотели что-то ещё узнать? — спросил Меньшов, выслушав советчицу. И голос его звучал уже куда менее нетерпеливо.
— Я хотел узнать, являетесь ли Вы постоянным гостем клуба «Свет», — ответил капитан.
— Нет, не являюсь. Я вообще не знаю, что это за клуб, — качнул головой Гвоздь.
— Странно, — Николай сделал последнюю попытку. — У меня сложилось впечатление, что Вы знакомы с господами Ланским и Шварцем.
— Знаком. Но я не провожу свободное время в их обществе, — отрезал Меньшов. — Фыонг, проводи нашего гостя!
Вьетнамка по-кошачьи плавно скользнула вперед. Широкие льняные брюки и не менее просторная блуза, даже не стянутая на талии хоть каким-то подобием пояса, скрадывали ее движения. Казалось, что она плывёт в сантиметре от пола, не касаясь его. Бесшумность, с которой она двигалась, только усиливала это впечатление.
Без возражений он последовал за молчаливой провожатой. Почти соприкасаясь локтями, они спустились в тесном старинном лифте на первый этаж. Когда кабина остановилась, девушка одновременно с оперативником потянулась к бронзовой ручке, раздвигающей ажурные створки. Коснувшись его пальцев, она вздрогнула и отдёрнула руку. Тонкий браслет, зацепившись за кованый завиток, лопнул и упал на пол. И оба снова одинаковым движением наклонились за тонкой серебряной змейкой, едва не стукнувшись лбами.