— Поступай, как хочешь, — не оборачиваясь, бросила орийка, на мгновенье задержавшись в дверях. — Но, пожалуйста, если вздумаешь рассказывать про Орию, то только после того, как я уеду. Иначе я исчезну немедленно.
Не дожидаясь ответа, Рикри ушла. Ида распахнула окно, давая выветрится табачному духу. «Надо с Колей тебя столкнуть, — подумала она, глядя на мелькающие за сквером машины. — Может, если ты увидишь, что не только я рада твоему присутствию, то передумаешь исчезать?»
Максим Ребров открыл глаза и, подняв голову, потер ноющие виски. Какой-то резкий звук вырвал его из паутины очередного кошмара. Звук повторился, оказавшись банальным дверным звонком. Макс сглотнул горькую слюну и, не утруждая себя поиском забившихся под диван тапок, поплёлся в коридор.
— Привет, — Николай окинул друга внимательным взглядом. — Ты, что, спать не ложился?
— Здравствуй, — кивнул майор, пропуская гостя в прихожую. — Ложился, но очень благодарен за то, что ты меня разбудил. Пришёл казнить меня без суда и следствия? Действуй.
— С чего бы? — хмыкнул капитан. Убедившись, что вчерашний срыв друга не закончился попойкой, он успокоился.
— Чёрт его знает, что на меня вчера накатило…
— Я не чёрт, но я прекрасно знаю, что. Не парься. Я не в обиде — сам виноват. Надо было думать прежде, чем говорить.
— А Лида твоя? Небось, психопатом меня посчитала? — криво улыбнулся Макс, ставя чайник на плиту.
— Никем она тебя не посчитала, не выдумывай, — отмахнулся Николай. — Она всё поняла. Ты, вообще, как? Работать способен? Думать, там, и всё такое прочее?
— Ну ладно, ладно, — проворчал майор, доставая кофе. — Меня, может, иногда и заносит, но на работе это не сказывается. Рассказывай, давай, с чем пришёл?
Капитан не заставил просить себя дважды.
— Я утром встретился-таки со своим знакомым из ФАС. И он мне кое-что рассказал.
— Я так понимаю, — Макс залил кипятком коричневые гранулы, — это «кое-что» тебе не понравилось.
— Тебе тоже не понравится, — ухмыльнулся Николай. — Судя по тому, что рассказал мне фасовец, врёт наш лощёный олигарх, что дышит. А дышит часто, гад.
— И чем грешен раб божий?
— Грешит Ланской рейдерскими захватами чужой собственности в особо крупных размерах. И схлестнулся он сотоварищи на этой почве с господином Меньшовым, каковой в этой области бизнеса собаку съел еще в девяностые.
— Да ну! — не поверил майор. — Вот уж не подумал бы, что он в такие игры играет.
— Ещё как играет. И так филигранно играет — не подкопаешься. Всё законно, а фирма, оп-па, и сменила хозяина. Но с Гвоздём у него вышел облом. Тот сам хорош. Вот они, походу, и сцепились на финансовом поле битвы, как два исполина. Только Меньшов в одиночестве, а у Ланского парочка оруженосцев имеется. И старого волка давят со всех сторон.
— Оригинально, — Макс почесал заросший подбородок. — Так получается, что Гвоздь мог приложить шляпку к смерти парня? В виде акции устрашения?
— Так, да не так, — покачал головой Николай. — Они за городское имущество сцепились. Меньшова душат, напирая на его бандитское прошлое, ему любой скандал сейчас — звездец планам. А Матросов никто, и его смерть ни на что не влияет. Ланскому сотоварищи плевать на парня. Но ты вспомни, с каким упорством нас наталкивали на мысль, что Меньшов в этом замаран.
— Господа олигархи решили нашими руками раздуть небольшой скандальчик? — хмыкнул Макс.
— Так точно. Кто бы ни грохнул парня, но явно не Меньшов. Тот бы натравил своих волчат на фигуру посерьёзнее, если уж решил бы действовать старыми методами.
— И его начальник айтишников, которого некто вызвал на место преступления… — задумчиво проговорил майор. — А, что, очень даже может быть. Но это ни на шаг не приближает нас к убийце.
— Зато отсекает лишнюю версию, — добавил Николай. — И дает нам, хоть и весьма специфического, но союзника. Как говорится, враг моего врага…
— Обошелся бы я без таких друзей, — проворчал Макс.
— За неимением лучшего, — пожал плечами капитан.
— А, по-моему, надо искать ведьмака. Зря мы на него забили. Вот если его прижать аккуратненько…
— Его прижмёшь, ага, — ухмыльнулся Николай, но напоминать другу, что творила с людьми одна такая ведьмачка, благоразумно не стал. — Впрочем, одно другому не мешает. И его поищем.
Макс не ответил. И по отстраненному выражению лица капитан понял, что мысли друга и без подсказок съехали на ту самую ведьмачку. Только сейчас Николай заметил, как изменился майор за последние несколько месяцев. Он будто постарел на десяток лет за этот короткий срок: под глазами залегли темные тени, щёки запали, в волосах появилось гораздо больше седины. «Чёртова ведьма, — в тысячный раз подумал капитан. — Но я бы дорого дал за то, чтобы она вернулась. Если бы ещё с того света возвращались…»